Книга Королевы детектива, страница 61 – Мари Бенедикт

— Мы добиваемся как раз противоположного, миссис Дэвис. Нынешняя подача прессой трагедии мисс Дэниелс вызывает у меня и у мисс Марш лишь глубокое отвращение, и мы желаем восстановить истину. Кстати, вполне возможно, что благодаря этому убийцу вашей сестры и найдут. Все эти необоснованные слухи отвлекают от настоящей, важной задачи по расследованию дела, – заявляю я. И хотя мы с Найо в некотором смысле прикрываемся подложными личностями – из-за чего меня по-настоящему терзает чувство вины, – все сказанное мною является чистой правдой.

Миссис Дэвис, однако, продолжает негодовать:

— А вы знаете, что французские власти имели наглость уведомить нас, что в случае нашего несогласия с их заключением, будто убийство связано с незаконным оборотом наркотиков, нам придется подать гражданский иск во Франции и заставить Селию давать показания? Они хотят, чтобы мы – скорбящая семья! – потратили собственные деньги – которых у нас нет! – дабы вынудить девушку выступить в качестве свидетеля, хотя они с легкостью могут добиться этого сами!

Вчера в прессе замелькали недвусмысленные намеки на возможное закрытие дела французской жандармерией. Мол, без показаний Селии Маккарти или появления какой-либо «крайне убедительной» улики будет считаться доказанным, что смерть Мэй Дэниелс явилась следствием провалившейся наркосделки или же передозировки каким-либо сильнодействующим средством. И это при том, что уже был обнародован отчет о вскрытии и французский патологоанатом обнаружил характерный для удушения разрыв в основании гортани. Удушение-то, кстати, и объявлено официальной причиной смерти.

— Именно эту вопиющую несправедливость мы и надеемся изменить своей работой, – уверяю я сестер, нисколько не покривив при этом душой.

Женщины переглядываются, но понять по их лицам что-либо сложно. Хотя они и согласились на встречу с нами, теперь явно испытывают сомнения – и винить в этом я их не могу. Каждую предоставленную ими крупицу информации исказили и подтасовали до такой степени, что итоговый портрет их младшей сестры получился совершенно неузнаваемым, зато на данный момент весьма удобным для властей, чтобы оправдывать собственную неспособность расследовать дело – или же незаинтересованность в поисках убийцы – вдобавок к нежеланию Селии давать показания во Франции.

Кажется, настало время для моего «последнего слова» перед судом миссис Дэвис и миссис Ллойд:

— Представьте на минуту, – с чувством говорю я, – что нам удастся перевернуть эту историю с ног на голову и вызвать у общественности сочувствие к вашей сестре. Тогда властям только и останется, что заняться делом мисс Дэниелс всерьез.

27 марта 1931 года

Лондон, Англия

Этот мой последний довод оказался способным переломить ситуацию, и сестры наконец-то отбрасывают настороженность. Мы с Найо лишь сидим да молча слушаем – что, надо сказать, не очень свойственно нам обеим. Чинно сложив руки на коленях, лишь время от времени отхлебывая чая или откусывая печенье, мы жадно вбираем все, что женщинам хочется рассказать. При этом даже не делаем записей, не желая ни на секунду прерывать поток откровений и воспоминаний двух сестер, у которых вправду есть что поведать, и немало, но с которыми никто до сих пор не удосужился поговорить по-человечески.