Книга Королевы детектива, страница 64 – Мари Бенедикт

Ощутив раздражение сестер, я меняю тему:

— Мне очень хотелось бы посмотреть фотографию мисс Дэниелс в сестринской форме. У вас найдется такая?

— Еще прошлой осенью, когда Мэй исчезла, нам прислали из общежития коробку с ее вещами, – отвечает миссис Ллойд. – Включая и те, если не ошибаюсь, что она временно оставляла в Брайтоне, пока они с Селией ездили в Булонь. Может, там есть кое-какие фотографии. Мне все не хватало духу как следует разобрать посылку, но давайте я сейчас принесу ее.

— Мы будем весьма вам признательны, – отвечаю я. – Но сначала я хотела бы спросить о последнем визите мисс Дэниелс. Ведь перед поездкой в Брайтон она провела у вас какое-то время, верно?

— Верно, – кивает миссис Дэвис. – Мэй оставалась у меня две ночи, и мы втроем собирались на чай и ужин. Ах, как это было замечательно… – Она берет сестру за руку и сжимает ее так, что костяшки пальцев белеют.

— Мисс Дэниелс была в хорошем настроении, когда покидала вас? – интересуюсь я.

— О да, – подтверждает миссис Ллойд, а затем добавляет: – Она поехала на поезде в Лондон, погостить вместе с мисс Маккарти на квартире ее сестры. Кажется, вечером перед поездкой в Брайтон девушки ходили в театр.

При этой новости внутри у меня словно бы включается сирена. Не припоминаю ни единого слова о походе подруг в лондонский театр тем вечером: ни в полицейском отчете, ни в показаниях свидетелей, ни в газетных статьях, посвященных исчезновению и смерти Мэй. За эту ниточку необходимо потянуть.

27 марта 1931 года

Лондон, Англия

Вид у коробки весьма помятый и потрепанный, и все же руки у меня так и чешутся поднять крышку и переворошить ее содержимое. И с чего, интересно, я так надеюсь, будто среди вещей Мэй, которые прислали из общежития, или тех, что она брала с собой в поездку в Брайтон, вдруг обнаружится неизвестная ранее улика?

«Это не один из твоих романов, Дороти», – приходится напомнить себе самой. Скорее всего, в коробке лежат только предметы личной гигиены, повседневные платья Мэй и пижамы; ну, может, еще случайно оставленное письмо от одной из ее сестер. Заурядные свидетельства самой обычной жизни, оборвавшейся слишком рано.

Дождавшись утвердительного кивка от миссис Ллойд и миссис Дэвис, я приступаю к делу. Найо, словно ассистент хирурга, уже стоит рядом, готовая принимать у меня каждый предмет, что я буду извлекать из посылки. На самом верху лежит сестринская форма, которую мы осматриваем внимательнейшим образом. Серое платье, белый передник и шапочка – все безупречно чистое, идеально выглаженное: Мэй явно подготовилась к очередному дежурству в больнице.

«Как же все это печально…» – я невольно задумываюсь о несбывшихся надеждах и сорванных планах бедной девушки.

А уже в следующее мгновение меня словно молнией поражает: интересно, а переживали ли подобные эмоции при осмотре личных вещей жертвы придуманные мною детективы? Увы, боюсь, я создавала лишь черствых и расчетливых сыщиков, не видевших в погибших живых людей, не испытывавших чувства утраты от их смерти.

— А помнишь, как она впервые надела форму? – переполненная воспоминаниями о Мэй, спрашивает миссис Ллойд у сестры.

— Конечно, – всхлипывает та. – Она так гордилась ею!

— Ну разве не прелестно Мэй в ней выглядела? – продолжает миссис Ллойд, обращаясь, скорее, к себе самой. Во всяком случае, мне не кажется, что она ожидает от миссис Дэвис ответа. – И вдобавок такой взрослой.