Книга Приключения Мартина Хьюитта, страница 58 – Артур Моррисон

— Вот, Брэдли, – сказал он, обращаясь к оставшемуся штатскому, – подсоби-ка со ставнями.

Двое (оба сильные мужчины) ухватились за железный засов, удерживающий ставни, и начали тянуть. Но гарнизон был неустрашим, и, схватив метлу, женщина начала бить захватчиков по плечам и голове сверху. Но вдруг женщина, издав страшный вопль, внезапно исчезла. Затем показалась голова штатского, который обошел дом сзади, и спокойно сообщил:

— Сзади открыта дверь, сэр. Но я открою и переднюю дверь, если хотите.

Через минуту засов был отодвинут, и входная дверь распахнулась. В проходе стоял невозмутимый Джонсон, и когда мы проходили, он сказал:

— Я запер ее в задней комнате наверху.

— Конечно, это про лестницу внизу, – сказал инспектор, и мы спустились в подвал. Немного в стороне от лестницы Хьюитт открыл дверцу кладовки, в которой находилась окошко для загрузки угля в подвал. – Видите, здесь до сих пор хранят уголь, – сказал он, чиркнув спичкой и поводив ею туда-сюда возле покатой крыши шкафа. Она была из гипса и закрывала нижнюю часть лестницы.

— А теперь пятая ступень, – сказал он, отбросил спичку и снова направился к лестнице. – Раз, два, три, четыре, пять, – и он постучал по пятой ступеньке снизу.

Лестница была без коврового покрытия, и Хьюитт с инспектором начали тщательный осмотр той ступеньки, на которую он указал. Они постукивали по ней в разных местах, Хьюитт провел руками по поверхности ступеньки и опоры. Вскоре, держа руку у внешнего края опоры, Хьюитт произнес:

— Вот оно, я думаю, – сказал он, – это здесь.

Он достал перочинный нож и соскоблил жир и краску с края старой лестницы. Затем стал виден стык. Доска, огрубевшая от возраста, долго не хотела сдвигаться; но наконец, благодаря терпению и крепким пальцам, она сдвинулась и была извлечена.

Внутри не было видно ничего, кроме грязи, пуха и мелкого мусора. Инспектор провел рукой вдоль нижнего угла.

— Вот кое-что, – сказал он. Это был коротко отломанный золотой крючок старомодной серьги.

Хьюитт хлопнул себя по боку.

— Кто-то был здесь до нас, – сказал он, – и, судя по пыли, довольно давно. Этот крюк – явный признак того, что здесь когда-то были украшения. Больше ничего нет, кроме... кроме этого листка бумаги. Глаза Хьюитта заметили черный от грязи маленький клочок бумаги, лежавший на дне ниши. Он вытащил его и стряхнул пыль. – Что это? – воскликнул он. – Еще ноты?

Мы подошли к окну и увидели в руке Хьюитта исписанный нотный лист со следующими нотами:

Хьюитт достал из кармана несколько листков бумаги.

— Вот копия, которую я сделал сегодня утром с «Уланов», а также пара моих собственных заметок, – сказал он. Он взял карандаш и, постоянно обращаясь к своим бумагам, пометил букву под каждой нотой на последнем найденном листке. Когда он это сделал, буквы гласили:

Ты умен, кто бы ты ни был, но я был умнее, сообщает приятель дударя Джим Снейп.

— Видите, – сказал Хьюитт, протягивая инспектору газету. – Снейп, бессовестный посыльный, обнаружив, что Легг в тюрьме, принялся за работу и забрал драгоценности себе. Это была криптограмма, разумеется, очень простая, хотя и необычная по конструкции. Снейп тоже был шутником, раз оставил здесь это послание в том же шифре, на случай, если Флиттербатских уланов прочтет кто-то еще.