Книга Крик ночной птицы, страница 27 – Дарья Литвинова

— Да ее никто не вывозит, – успокаивающе сказал Сушин. – Просто у тебя среди поднадзорных больше всего идиотов. Так тоже бывает. В следующем году у меня косяки пойдут.

— Я лучше не буду работать.

— Давай сюда. – Харов забрал рапорт, потрепал Надежду по плечу. – Работай, не бери в голову. Будь внимательнее, ставь ты уже на учет всех подряд и по всем пиши, что нужны консультации психолога. Учись обставляться, чтоб не прижали. Ясно?

— Ясно, – кивнула Надежда.

Забота Харова была вызвана не сочувствием: на линии и так не хватало людей. Уволится Мохова – ситуация и вовсе станет аховой. Вот наберется контингент, тогда и можно будет спустить на нее все косяки отдела и показательно уволить…

У Полины была радость: мать наконец отпустила ее с ночевкой к подруге Вике, жившей на окраине города, почти у леса, в большом частном доме. Предстоял интересный вечер, тем интереснее, что Полине впервые разрешили переночевать вне своей квартиры. Она была поздним ребенком уже пожилой матери, и отпроситься куда-то даже погулять было тяжело; хорошо, что последнее время мама стала понимать, что ей нужно больше свободы. Да и Вику она хорошо знала, с детства…

Добираться за город на общественном транспорте было долго, и Полину рано утром забрали возле дома. Ей не очень понравилось, что все, за исключением водителя машины, были немного навеселе, да и сидели с бутылками пива. Полина поздоровалась и примостилась на заднее сиденье, к подругам.

— Спасибо, что заехали.

— Да чего там! – сказал с переднего сиденья парень Вики, Никита. – Что, куда сейчас?

— А поехали на море!

— Куда? – не поняла Полина.

— На море, – повторила Вика, задорно тряхнув копной рыжих волос. – В Архипку. Лето проводим.

— Юрка, если ты за рулем, едем, – сказал Никита и помахал в воздухе недопитым «Туборгом». – Если поведешь туда-обратно, бензин и развлечения с меня.

— Ага… – буркнул его приятель. – Все будут веселиться, а Юрка машину вести. Не хочу.

— Так давайте не на один вечер поедем! Денька на три! – вмешалась Лиза, с восторгом принявшая идею подруги. – Сегодня там, переночуем на пляже или в домиках, они сейчас копейки; суббота, в воскресенье домой! Все успеют расслабиться!

— Ну…

— Так, без «ну»! – прикрикнула Виктория. – Едем без разговоров!

— На три дня без вещей? В одном и том же ходить?

— Да там купим, если что! Никиточка нам купит, правда, Никиточка?

— Если Юрка будет шоферить, – весело повторил Никита и влил в себя остатки пива, после чего повернулся к сидящим сзади. – Полька-бабочка, а ты чего молчишь? На море хочешь?

— Я не поеду. Меня мать до утра отпустила.

— Так а ты ей до утра и не говори ничего! А утром позвонишь: так и так, я на морях, ждите к декабрю!

— Нет, – сказала Полина. – Я так не могу.

— Полька, дура, сезон заканчивается! Еще три недели – и вообще никакого моря до следующего лета! Едем!

— Поль, – принялась уговаривать и Лиза, – это же то же самое, что ночевка, только на море. Утром позвонишь, скажешь, что решили ненадолго развеяться, ну покричит мать да и перестанет.

— Ладно, – неохотно согласилась девушка. Хоть на душе было неспокойно из-за того, что придется врать, она дала себя уговорить и даже выпила пива вместе со всеми.

Как и предсказывала Лиза, мать разозлилась, немного поорала, но остыла и попросила оставаться на связи, не заплывать туда, где нет опоры для ног, и держаться вместе с девочками. «Остальное дома», – угрожающе добавила Валентина; она хоть и злилась на дочь, но понимала, как хочется той не быть белой вороной и как тяжело отказаться от поездки на море, о котором девчонка мечтает третий год, но не может поехать из-за отсутствия денег.