Онлайн книга «Во имя народа»
|
— Прокурор Сяо, выслушав ваш доклад, я вижу, что ситуация относительно прояснилась: если уж Хоу Лянпин давно получил взятку от Цай Чэнгуна, к тому же за компанию с Дин Ичжэнем занимался угольным бизнесом и получил акции дарения, тогда понятно, почему он до последнего защищал Цай Чэнгуна! Сяо Ганъюй немедленно добавил детали: — Именно, секретарь Гао, в соответствии с разоблачениями Цай Чэнгуна прошлой ночью, Хоу Лянпин, разговаривая с ним в Пекине, сказал, что ему не стоит бояться, что бы ни случилось, он его поддержит! А затем Хоу Лянпин действительно перевелся из Пекина, всеми способами покрывая и выгораживая Цай Чэнгуна, а когда тот оказался перед лицом полиции, дал тайное указание притвориться больным. Гао Юйлян, установив благовония, сделал малый поклон перед Буддой со спокойным и безмятежным выражением лица. Сяо Ганъюй тоже наспех сделал малый поклон. Завершая ритуал, Гао Юйлян с искренним почтением просунул в ящик для пожертвований купюру в сто юаней. Старый настоятель монастыря стоял рядом. Увидав это, он молитвенно соединил руки и, произнеся «Амитофо[91]!», поднес Гао Юйляну рожок для обуви. Выйдя из Зала великого героя, оба повернули в задний двор. Там находилась бамбуковая роща, обширная и тихая, вокруг – ни души. В роще галдела стая ворон, в сумерках их крики были особенно отчетливы. Гао Юйлян, вздохнув, сказал: — Теперь я знаю, кто больше всего беспокоился, что Дин Ичжэнь будет пойман! Сяо Ганъюй, прощупывая почву, спросил: — Секретарь Гао, вы говорите о Хоу Лянпине? Гао Юйлян говорил непринужденно: — А это может быть кто-то, кроме Хоу Лянпина? Если подумать, то тоже интересно, Хоу Лянпин ведь был в Пекине начальником следственного отдела, и за операцию в тот вечер отвечал он, и он же, опять-таки из Пекина, непрерывно названивал своему хорошему другу Чэнь Хаю, командуя им и делая обходные маневры! Сяо Ганъюй, похоже, не ожидая от руководства такой квалификации преступления, невольно втянул холодный воздух. Гао Юйлян даже спросил: — У вас что, зубы болят? Он замолчал на минуту и вновь с серьезным выражением заговорил: — Прокурор Сяо, мне даже кажется, что, возможно, именно Хоу Лянпин с целью устранения свидетеля и инспирировал ДТП с Чэнь Хаем! Сяо Ганъюй смутился: — Это… Это, секретарь Гао, боюсь, будет малоубедительным. Хоу Лянпин ведь в то время находился в Пекине, как же он мог в Цзинчжоу устроить ДТП? Лицо Гао Юйляна вытянулось: — Почтенный Сяо, что это вы так субъективны? Не расследовав, как можно знать, что возможно, а что нет? Организуйте-ка людей и как следует проверьте, пусть скажут как есть! Сяо Ганъюй, вытерев холодный пот со лба, поддакнул: — Есть, в соответствии с этой идеей и будем действовать. По-прежнему обеспокоенный Гао Юйлян, поигрывая в руке обувным рожком, сказал: — Почтенный Сяо, я еще раз подчеркиваю, это схватка не на жизнь, а на смерть, и ни у кого нет пути назад! Чэнь Цинцюань закрыт, Лю Синьцзянь закрыт, Дин Ичжэнь, Чжао Жуйлун, Гао Сяоцинь – все бежали за границу, кто еще посмеет уповать на авось? Сяо Ганъюй сказал: — Секретарь Гао, я знаю, начальник департамента Ци уже раскрыл мне карты. Гао Юйлян передал обувной рожок Сяо Ганъюю: — Вы знаете? Вот и славно! Это вам подарок. Сяо Ганъюй стал отказываться: — О, секретарь Гао, это же настоятель вам подарил, возможно повышение. |