Книга Во имя народа, страница 222 – Чжоу Мэйсэнь

Хоу Лянпин, не будучи знаком с главным прокурором города Цзинчжоу Сяо Ганъюем и ничего не зная об этом человеке, спросил Лу Икэ:

— Что за человек Сяо Ганъюй? Можно ли с ним установить контакт?

Лу Икэ сказала:

— Сяо Ганъюй переведен из заместителей прокуроров провинции. Слава нехорошая – надменен, сложен в общении. Чтобы установить контакт, нужно, чтобы за дело взялся почтенный Цзи.

Хоу Лянпин спросил:

— Не использовал ли наш противник Цай Чэнгуна, запугав его с помощью мафии?

Лу Икэ считала, что подобное возможно, ведь Цай Чэнгун довольно неустойчивый тип. Она связалась с Чжао Дунлаем на предмет просмотра записей из следственного изолятора с намерением выяснить, не угрожал ли кто-то Цай Чэнгугну. Весьма обеспокоенная, Лу Икэ уже хотела идти, но Хоу Лянпин задержал ее:

— Икэ, что бы ни произошло, отстранят ли меня от следствия, буду ли я задержан и арестован, вам необходимо как можно скорее добраться до Нефтегазовой корпорации. Как только вы сможете это сделать, они рассыпятся в пыль.

Лу Икэ ответила:

— Боюсь, что противник тоже может думать об этом и непременно поднимет шумиху вокруг Лю Синьцзяня.

Хоу Лянпин кивнул головой:

— Верно! Нам необходимо немедленно продолжить следствие по Лю Синьцзяню, я сам продолжу!

Лу Икэ, считая, что донос Цай Чэнгуна – это вещь весьма важная, предложила для начала доложить Цзи Чанмину.

Хоу Лянпин махнул рукой:

— Не надо! Это война, и мы должны дорожить каждой минутой!

Лу Икэ, увидав, что он так спокоен, и тоже несколько успокоившись, осведомилась:

— Начальник Хоу, похоже, вы знаете, кто противник?

Хоу Лянпин невозмутимо улыбнулся:

— Конечно! Кто такой Сяо Ганъюй, я не знаю, однако того, кто за ним стоит, я знаю хорошо!

Отправив Лу Икэ, Хоу Лянпин принялся собирать высохшие цветы и листья. В этот день он, став очень терпеливым, снял все высохшие листья и положил в корзину для бумаг, к тому же расправил согнувшиеся стволы и ветви, засыпал оголившиеся корни землей, тщательно полил. Он, как настоящий садовник, последовательно переходил от одного растения к другому, благо они не требовали большого умственного напряжения. Мысленно он повторял про себя, что в любом серьезном случае нужно сохранять спокойствие, в такой момент ни в коем случае нельзя суетиться. Нужно учиться у Гао Юйляна. Учитель, любя садовое искусство, содержал свой небольшой сад в идеальном порядке – похоже, он и в сложной политической борьбе также проявил свое искусство.

Хоу Лянпин вспомнил, как тогда в центре управления он наблюдал за допросом Цай Чэнгуна и что тот сказал. Тогда он утверждал, что существует угроза его жизни, в камере вместе с ним находятся два мафиози. Почему же он тогда не обратил на это внимания? Потому что во рту у Цай Чэнгуна не бывает правдивых слов, ему нельзя верить. Похоже, кто-то принудил Цай Чэнуна к клевете.

Хоу Лянпин неожиданно вспомнил, как, придя в Департамент по противодействию коррупции, Чэнь Яньши случайно заговорил об одном деле. Старик сказал, что на фабрике «Дафэн» есть начальник охраны по имени Ван Вэньге, получивший тяжелые ожоги в ту ночь 16 сентября. Семья у него бедная, ребенок маленький, жена грозит разводом, лишь права акционеров еще дают ему надежду и силы жить. Ван Вэньгэ поручился жене, что вернет права акционеров, купит семье новую квартиру. После этого он как сумасшедший стал искать Цай Чэнгуна, чтобы вернуть права акционеров.