Онлайн книга «Янтч»
|
«Ты ищешь не тех, любимый. Не бандитов. Не наемников». Она постучала пальцем по стеклу. «Зачем тебя вызвали на тот склад?» Картинка снова изменилась. Теперь они стояли в кабинете капитана Хейза. На столе лежала папка с грифом «Инцидент 12–47». «Бывших копов не бывает», – раздался голос Джексона, но его нигде не было видно. «Проснись, Майкл», – прошептала Анна, целуя его в лоб. Ее губы были холодными, как мрамор. «Проснись и найди их всех». Ее образ начал растворяться. Майкл из последних сил попытался схватить ее руку, но… БИП-БИП-БИП! Резкий писк кардиомонитора впивался в сознание, как раскаленная игла. Слепящий свет операционных ламп прожигал веки, заставляя зрачки судорожно сжиматься. — Он приходит в себя! – голос за спиной, словно из-под толщи воды. Но последнее, что помнил Майкл – холодное касание пальцев Анны на своем лице и ее шепот, вмерзший в извилины мозга: — Проснись. И ее улыбка – последний кадр перед тем, как мир взорвался белым адом больничного света. Первое ощущение – боль. Она не пришла, а ворвалась – медленная, густая, как расплавленный свинец, заполняющий каждую трещину тела. Майкл попытался пошевелиться – и тело ответило огнем. Тугой корсет из бинтов, впивающихся в рваную рану на груди. Череп, наполненный ртутным гулом, будто после удара молотом по наковальне. Язык, прилипший к нёбу, как обугленная бумага. — Он приходит в себя! – уже ближе, женский голос с металлическим оттенком паники. Майкл разлепил веки. Свет. Белая стена, режущая сетчатку, как битое стекло. Он рефлекторно зажмурился, но тень медсестры уже нависла над ним, блокируя лампу, как затмение. — Мистер Купер? Вы меня слышите? – ее пальцы, холодные в перчатках, касались его запястья. Он попытался кивнуть – и тут же ощутил, как позвонки скрипят, как ржавые шестерни. — Не двигайтесь. У вас был компрессионный перелом C4. Искусственная вентиляция снята только три дня назад. Шуршание бумаги. Ритмичный писк датчиков. Потом она наклонилась так близко, что он учуял запах кофе и антисептика: — Вам повезло. Это не выживание – возвращение с того света. Майкл попытался выдавить звук. Голос разорвался, как гнилая ткань: — Ско… лько… Она поняла. — 687 дней в коме. 15 операций. Дважды вас вытаскивали из морга. Шестьсот восемьдесят семь дней. Два года. Два года, пока те, кто убил Анну, дышали ее воздухом. — Воды… – это было больше похоже на скрежет. Медсестра поднесла трубочку. Первые капли обожгли, как серная кислота. — Ваши вещи… – она бросила взгляд на шкафчик, будто опасаясь, что он рассыплется при касании. – Полиция перевернула всё. Искали что-то. Майкл повернул голову (кость хрустнула, как лед под колесом) – на тумбочке лежала газета с заголовком:
— Зеркало… – прохрипел он. Медсестра неохотно протянула круглое больничное зеркальце. Отражение было ошибкой. Впалые глазницы, обтянутые серой кожей. Шрамы, похожие на трещины на высохшей земле. Глаза… Глаза – это были щели в мир, где он уже умер. — Мне… нужно… встать… — Вы с ума сошли?! – ее голос сорвался на фальцет. – После стольких операций? После комы? Но Майкл уже не слышал. Он сжал кулак (суставы затрещали, как сухие ветки) и уперся локтем в матрас. Боль ударила в позвоночник, как нож в масло. |