Онлайн книга «Янтч»
|
07:53. Теннисон появился в дверях кафе, как по расписанию. Черный костюм, тот же портфель. Майкл медленно достал винтовку, разложил сошки. 08:01. Теннисон сел у окна, как всегда. Достал телефон, что-то проверил. Майкл прильнул к прицелу. 08:02. Дыхание ровное. Сердцебиение спокойное. 08:03. Палец на спуске. «Он не виновен». «Но Анна тоже была невиновна!» Дыхание сбилось. «Я не могу…» «Я должен!» Выстрел. Тихий хлопок глушителя. Стекло вспыхнуло паутиной трещин. Теннисон дернулся, будто споткнулся, затем осел на стол. Кофе опрокинулся. Темная лужа поползла по скатерти. Красное на белом. Майкл не чувствует ничего. Или – слишком много. 08:05. Он уже шел по аллее. Сумка с инструментом – через плечо. В кафе началась паника, но крики не долетали. Он достал телефон, вставил батарейку. Одно сообщение Люси: «Дождь закончился. Зонт можно вернуть». После отправки Майкл удалил сообщение. В кармане звенела гильза. Одна. Теплая на ощупь. Как ладонь Анны. Глава 19 3 дня после дела Теннисона. Комната была затянута в тишину, как в саван. Майкл стоял перед доской расследования. Его пальцы – потрескавшиеся от бессонницы – водили по ниткам, связывающим фотографии, адреса, временные метки. Ничего не упустил? Он проверял снова. И снова. Время выстрела. Маршрут отхода. Свидетели. (Нет.) Камеры. (Не работали.) Каждый факт – гвоздь в крышку гроба этого дела. Но почему-то что-то зудело у него под кожей. Утро четвертого дня. Холодильник пуст. Майкл натянул куртку, потянулся к двери – и замер. Конверт. Белый, без надписей, подсунутый под дверь так, что его почти не было видно. Он включил режим паранойи: Осмотр. (Нет следов, отпечатков.) Вес. (Легкий. Не бомба.) Встряхивание. (Ничего не звенит.) Только тогда вскрыл. Внутри – одна фотография и листок с данными. Фото Джулиана. Не смутное изображение со старой доски расследований, а четкий кадр – он выходил из черного Mercedes у складов в порту. Дата на фото – вчерашняя. На листке – точные данные.
Майкл сжал бумагу, чувствуя, как она хрустит в его кулаке. Кто-то подкинул ему Джулиана на блюде. Почему? Ловушка? Неважно. Потому что теперь у него было место. Время. Лицо. И он знал, что сделает. Но сначала… Сначала еда. Потому что даже убийцы должны есть. Он сунул фотографию в карман и вышел в серое утро. Дверь захлопнулась за его спиной. Город только просыпался – где-то хлопнула дверь грузовика, зашипела кофемашина в ближайшем кафе. Он потянулся, чувствуя, как хрустят позвонки после бессонной ночи у доски с фотографиями и нитками. В нескольких минутах от дома было неприметное кафе. Оно пахло свежемолотыми зернами и подгоревшим молоком. На стенах – выцветшие плакаты с парижскими улочками, которые кто-то когда-то повесил с претензией на уют, но так и не обновил. Пол под ногами слегка скрипел – доски расходились от времени и влаги, образуя едва заметные щели, куда десятилетиями падали крошки круассанов и капли кофе. Майкл выбрал столик у окна – тот самый, где третья ножка чуть короче остальных, отчего столешница едва заметно наклонялась к центру комнаты. Он положил ладони на холодную поверхность, чувствуя липкий слой сахара и кофейных пятен, которые не оттирались уже годами. |