Книга Человек из подвала, страница 39 – Джей Ди Уокер

— Там внизу нет оборотней. Они в твоём шкафу, помнишь? – сказала Ноэ. Привычная шутка. Глаза у Лен сделались круглые, и она привстала, как будто собиралась убежать.

— Нет, извини. Я не всерьёз, – сказала Ноэ. – В твоём шкафу нет оборотней.

Лен села обратно и притянула к себе своих плюшевых животных. Она откусила ещё кусочек тоста, размазав масло между уголком губ и правым ухом.

— Они в подвале?

Ноэ обвела взглядом грязь и камень у подножия лестницы, взвешивая, что можно сказать младшей сестре. Возможно, не так и плохо отвадить её от подвала. Но раз она ходит во сне, всё это не имеет значения, а напугать Лен – значит, усложнить ей бодрствующую жизнь.

— Нет, там внизу ничего нет, кроме коробок и грязи. Оборотни где-то далеко в лесу.

Лен в страхе посмотрела в окно над мойкой, в котором, как в рамке, виднелся кусок леса за домом. «Упс», – подумала Ноэ. Ей придется придумать новые дали, куда отправлять страшилки Лен.

— Иди сюда, – сказала Ноэ, поставив тарелку на пол, притянула Лен к себе на колени. Она обняла младшую сестру, а Лен обхватила оцелота, так что они трое сидели, как матрёшки. Лен была для Ноэ противоядием, не дававшим ей сделаться вполне Тупиком.

— Ты помнишь прошлую ночь? – спросила Ноэ.

— Мама пела мне «Тихую ночь» перед сном. – Мама всегда пела Лен рождественские песни перед сном. В любое время года. А Лен ещё не очень справлялась со словом «тихий».

— А что ещё?

Лен быстро затрясла головой, так что светлые волосы сплели вокруг её головы встрёпанный нимб. Она вытерла масло с лица тыльной стороной поцарапанной руки. Ранка выглядела неплохо. Если родители и заметят её или ссадинки на локтях, то наверняка решат, что это просто очередные царапины и синяки, которые у Лен, кажется, не переводились. Жизнь сурова к малышам.

Ноэ осмотрела ранку на своей руке. Ладонь была красной и опухшей, как будто она схватилась за горячую сковороду. В остальном же, если не обращать внимания на слабую боль тут и там, Ноэ вполне оправилась после прошлой ночи. След на запястье от ежевечернего привязывания был почти такой же красный. Она потёрла отметину и подумала о родителях. Они не могут уберечь ни её, ни Лен от Сплюснутого человека. Они, кажется, даже не хотят помочь им с парасомнией. Они полагают, будто детские воротца и запертая входная дверь решат все проблемы. Она покрепче обняла Лен.

— Эй, сестра, – сказала Лен, извиваясь.

Ноэ отпустила её. Лен опять попыталась сгрести все три игрушки, но не смогла. Она посмотрела на Ноэ, и та, вздохнув, сложила троицу зверей ей в руки.

— Иди поиграй. Мне нужно кое-куда сходить.

Ноэ встала, поставила тарелку в мойку и вышла из дома с дневником Эрики в руке. Она пересекла улицу к дому Рейдии. По дороге она взглянула на белый дом. Он выглядел массивным. Настоящим. Казалось, все должны видеть его. Чёрная «Х», Нонатук, сверкала на фасаде дома.

Она гулко постучала в дверь Рейдии.

— Здравствуй, мисс Рождество, – сказала мама Рейдии, открыв дверь.

— Рейдия на чердаке?

— Да. Поднимайся наверх. Попробуй, может, тебе удастся вытащить её на улицу.

Ноэ поднялась по лестнице, прошла по коридору мимо множества пустых комнат и вошла в старую комнату Рейдии. Она стукнула в чердачную дверь, чувствуя себя при этом довольно глупо.

— Да? – раздался тихий голос.