Книга Красные чернила смерти, страница 150 – Вероника Шэн, Ангелина Шэн

— Я вас поняла. Да, я проверю. Где госпожа Ю? Пришлите мне адрес… А, я знаю это место. – Намгун Бёль поджала губы. – По какому номеру я смогу связаться с вами?.. Поняла… Нет, я поеду сразу на место. Если вы правы, время лучше не терять. Вам тоже необходимо присутст… Почему же? Хорошо, нет времени спорить. В таком случае я позвоню вам. Оплату обсудим позже, если вы не против… Отлично.

Намгун Бёль завершила звонок и посмотрела на меня.

— Новое дело? – уточнил я, вставая на ноги.

— Да. Вероятно, одержимость.

— Куда нам?

— В знакомое место, – мрачно ответила Намгун Бёль. – В ту психиатрическую больницу.

Мы с Донсу шли по залитому холодным светом больничному коридору к двери в палату, где лежала девушка, которую семья подозревала в одержимости. Я не спешила верить, что это действительно так, но раз уж перепуганные родители решили обратиться ко мне за помощью, необходимо было все проверить.

— Уверен, если она и правда одержима, еще выяснится, что тут не все так просто, – проворчал Донсу.

Он шел с недовольным выражением лица, одну руку спрятав в кармане черной джинсовой куртки, а во второй неся большую сумку с ритуальными предметами.

Донсу еще не до конца восстановился после последних ритуалов: на это намекали сероватая бледность его кожи и круги под глазами.

— Что ты имеешь в виду? – спросила я, приветственно улыбнувшись двум проходящим мимо врачам.

Им не стоило знать, зачем мы сюда пришли. Хотя мой наряд мог служить подсказкой… Готовясь призвать на помощь духов Генералов Пяти Направлений^[69], поверх белых чхимы^[70] и чогори^[71] я надела свободную темно-синюю накидку с длинными алыми рукавами. А вот понгоджи^[72] пока оставила в сумке.

— Ее родители перечислили несколько причин, по которым вдруг поверили, что их дочь не просто сошла с ума, а стала одержимой. Допустим, такое возможно, хотя нам с вами чаще везет на скептиков. Или же на католиков, но это другая проблема. Вот только ничто из слов тех двоих даже не намекало на то, почему вдруг их дочь могла стать одержимой. Словно они намеренно это скрыли. Подозрительно, – поморщившись, заключил Донсу.

Я неопределенно качнула головой. Возможно, родители попросту не знали всей правды о своем ребенке, так что слишком рано их в чем-то обвинять. Хотя Донсу не из тех, кто будет искать в людях хорошее. Скорее из тех, кто предпочтет сразу выявить и оценить соотношение хорошего с плохим.

И все-таки я понимала, что́ его напрягает. Злые духи чаще всего не могут занять любое тело, которое им попадется. Тем более что любое и не представляет для них интереса. В первую очередь опасность грозит тем, кто питает в себе темные чувства, кого одолевают не самые безобидные потаенные желания… Ведь злые духи подобным как усиливаются, так и наслаждаются.

Если же в душе человека нет таких теней или же они слабы, большинству злых духов попросту не удастся захватить тело, по крайней мере на долгий срок. Лишь по-настоящему сильным духам… И я очень надеялась, что сейчас мы такого не встретим.

— Сначала зайдем вместе и либо убедимся, что подозрения семьи не ошибочны, либо поймем, что пациентке нужна исключительно медицинская помощь, – добавила я и забрала у Донсу сумку, чтобы проверить, что в ней есть все необходимое. – И если все пойдет по первому сценарию, ты выйдешь из палаты и проследишь… чтобы во время ритуала ко мне не зашел никто лишний.