Книга Красные чернила смерти, страница 152 – Вероника Шэн, Ангелина Шэн

Закончив со столом, я кивком указала Донсу на дверь, прося выйти. Он вновь не стал спорить и направился в коридор, но сперва предупреждающе на меня посмотрел. Его взгляд недвусмысленно просил меня быть осторожной, и я ободряюще улыбнулась.

Спустя несколько секунд дверь за Донсу едва слышно закрылась, и мы с Ю Сорой остались наедине. Вернее, я осталась наедине со злым духом, завладевшим чужим телом.

Родители Ю Соры не ошиблись. Их дочь действительно одержима.

Я надела понгоджи, подошла ближе к кровати, остановившись от нее в полуметре, и тогда Ю Сора медленно повернула ко мне голову. Ее глаза были широко распахнуты и казались… стеклянными. А на губах играла легкая улыбка, и все же отчего-то она показалась мне слишком кровожадной.

— Самонадеянная шаманка. Думаешь, поможешь хозяйке этого тела? – Одержимая усмехнулась. – А ты уверена, что эта помощь ей нужна?

— Нужна ей моя помощь или нет, ты в мире людей не задержишься, – спокойно ответила я. – Кто ты и зачем явился?

Мне необходимо было узнать хотя бы имя духа, чтобы было больше шансов его изгнать. Можно, конечно, попытаться вышвырнуть его из тела Ю Соры даже без этой информации… но это будет сложнее для меня и опаснее для девушки.

Люди не всегда выживают после того, как их тело покидает зло. Я же хотела сделать все возможное, чтобы сохранить Ю Соре жизнь. И рассудок.

— Зачем явилась? Зачем… – Одержимая звонко рассмеялась, отвернувшись от меня. – Эта девчонка сама захотела. Она хотела, она жаждала. Но была слишком слаба… ее разрывало желание, но не было достаточно сил для того, чтобы претворить его в жизнь. Чтобы взять свое, чтобы… – Одержимая вновь засмеялась, но теперь громче, даже истеричнее, она затряслась на кровати, выворачивая привязанные руки и слабо дергая привязанными ногами. – А он слышит… Чем мрачнее мысли, чем они яростнее, тем они громче там. И он отвечает!

Злой дух звонко расхохотался, выгнувшись на кровати, но затем обмяк и шумно выдохнул.

— Кто он? – невозмутимо уточнила я.

— Ты боишься пауков? – резко повернув голову в мою сторону, так что едва не вывернула шею, спросила одержимая.

— Нет.

— А зря. – Она мелко затряслась, ее распирал смех. – Зря, зря, зря! Он вернется… и тогда пауки и сороконожки зашевелятся в твоем теле, будут жалить и вгрызаться в твою плоть изнутри. Боль и отвращение будут настолько невыносимы, что ты начнешь заживо сдирать с себя кожу, лишь бы избавиться от этих мелких тварей! – Ее веселый смех вновь стал нездоровым, злорадным, а глаза закатились, обнажив белки. Она крутилась на кровати, едва не выворачивая руки из суставов. – Они проберутся в твои кости и начнут выгрызать себе в них путь. Ты будешь мечтать о смерти. Ты предпочтешь сломать себе ногу пополам и раскрошить кость руки, лишь бы вытащить этих паразитов!

— Ах, неужели! – преувеличенно удивленно отозвалась я и обеспокоенно покачала головой: – Какой ужас.

Ю Сора пронзила меня полным злого презрения взглядом и оскалилась.

— Смейся, пока можешь. Скоро тебе будет не до смеха. – Она тихо зарычала, будто была не человеком, а проголодавшимся волком. – Вы считаете себя такими умными, такими могущественными. Решаете, кому жить, а кому умереть, кому уйти, кому остаться. Думаете, у вас есть власть и над людьми, и над духами…