Книга Пока не погаснет последний фонарь. Том 1, страница 88 – Вероника Шэн, Ангелина Шэн

Не теряя больше ни секунды, я ринулась к темноте в открытом проеме двери и услышала, как то ли с обезьяньим криком, то ли с тигриным рычанием на меня кинулся нуэ.

Я выскочила за дверь, и Кадзуо тут же захлопнул ее, а с той стороны послышались грохот и скрежет когтей по дереву.

Я глубоко вдохнула и выдохнула.

— Не та?

Я, промолчав, лишь мрачно посмотрела на Кадзуо, а он все с той же легкой улыбкой открыл следующую дверь.

Я шагнула внутрь, готовясь к худшему, хотя, казалось, хуже уже быть не могло. Стараясь не шуметь, я прижалась к стене, ожидая, когда тьма перед глазами рассеется.

Сначала я почувствовала резкий запах – запах гниения, а потому прижала ладонь к лицу, закрывая нос. Затем сквозь вонь гнили пробились запахи хвои и древесины, и в полутьме я увидела деревья, верхушки которых скрывались в тенях.

Я всмотрелась в глубь леса и заметила на одном из кустов обрывок розовой ткани.

— Кандзаки! – крикнула я, и голос потонул в истошном визге и ржании.

Я зажала уши руками, а с деревьев что-то сорвалось вниз. Придя в себя от неожиданного жуткого звука, я разглядела лишь нечто серо-черное, но оно стремительно исчезло среди листвы, не позволив себя разглядеть.

Помедлив, я поспешила вперед, огибая стволы, и вдруг увидела болезненно бледную Кандзаки, которая, закрыв глаза и обхватив себя руками, сидела под одним из раскидистых деревьев.

— Кандзаки-сан, – негромко позвала я и шагнула к ней. Но тут перед моим лицом выскочило и замерло нечто странное. Вновь раздалось жуткое ржание, похожее на вой.

Меня окатило ледяной волной ужаса и отвращения: передо мной повисло нечто, напоминающее лошадиную голову, вот только бо́льшая ее часть уже начала гнить. Разложившаяся кожа и гной, местами обнаженная кость и жуткие стеклянные глаза, горящие красно-желтым светом.

Я завизжала, вновь зажимая уши руками, и виски прострелила боль. Висящая на свалявшейся гриве голова непонятным образом поднялась обратно к ветвям, а я, пытаясь прийти в себя, кинулась к Кандзаки. Вновь увидев, как что-то падает на меня сверху, я заранее зажала уши руками и упала на колени. Прижатые к ушам ладони все равно не смогли полностью заглушить жуткий вопль, а когда он стих, я схватила Кандзаки за руки и потянула на себя.

— Кандзаки-сан! – В моем голосе звучало отчаяние. – Пойдем скорее, мы нашли выход!

Она открыла глаза, вид у нее был болезненный.

— Акияма-сан… – протянула Кандзаки. – Вы здесь…

— Вставайте! – нервно велела я, ожидая, что в любой момент сверху вновь с жутким ржанием упадет мертвая конская голова.

Так и произошло. Кандзаки вздрогнула и, поморщившись, зажмурилась, а моя голова разболелась еще сильнее.

— Не могу… – простонала Кандзаки. – Мне так плохо.

На ее висках блестели капли пота. Я не знала, что случилось, но на уговоры не было времени. Закинув ее руку себе на плечо, я с трудом подняла Кандзаки на ноги и двинулась к выходу. Я тащила Кандзаки вперед через силу – мое похудевшее, слабое тело с трудом удерживало вес другого человека.

Перед моим лицом вновь упала лошадиная голова и, открыв пасть с гнилыми желтыми зубами, обдала меня смрадом разложения.

— Проклятие! – вскрикнула я, зажимая уши руками, и без моей поддержки Кандзаки упала как тряпичная кукла. Я и сама ухватилась рукой за ствол, чтобы устоять на ногах, – так сильно кружилась голова, а сердце колотилось от страха. Эти вопли наполняли меня ужасом, вызывая ледяной пот и тошноту.