Книга Пока не погаснет последний фонарь. Том 4, страница 113 – Вероника Шэн, Ангелина Шэн

— Ты мог спросить у меня раньше, – заметила я. – Хоть в том же кафе…

— Нас там было слишком много. А уходить с тобой куда-то значило бы вызвать подозрения. Я же не знал, кто еще в курсе происходящего. А это такая тема… Я надеялся, что в нее посвящено как можно меньше людей. – Кадзуо мрачно усмехнулся. – Так что я… ждал подходящего момента.

Я глянула на него и по теням в глазах, по мелькнувшему на лице выражению поняла, что он затянул с расспросами не только потому, что сначала мы были не одни, а затем оказались участниками очередной игры ао-андона… Кажется, Кадзуо не просто ждал подходящего момента, но и готовился к нему. Он боялся услышать правду? Или же боялся потерять надежду что-то выяснить, если вдруг мне ничего не известно?

Я не стала развивать эти мысли. Не было смысла. К счастью, Кадзуо вернул себе воспоминания. Так что сейчас стоило сосредоточиться на другом.

Тем временем мы уже почти спустились. Оставался лишь один лестничный пролет, и я вытащила из кармана телефон, проверяя, не звонил ли мне кто из друзей. Я хотела предупредить их до того, как они нас хватятся.

Спустя пару минут, окунувшись в теплоту августовского вечера, я набрала Ивасаки.

— Ивасаки-сан, мы с Кадзуо…

— Куда вы ушли? – удивленно спросил он. – Йоко-тян только что заметила, что вас обоих нет, и…

— Не волнуйтесь, – перебила я. – Мы недолго. Просто немного прогуляемся…

— Это слишком опасно! Возвращайтесь! Мы же решили переждать в квартире, мало ли кто или что…

Я понимала, что мои слова звучали неубедительно, и, отвернувшись от наблюдающего за мной Кадзуо, немного тише добавила:

— Нам есть о чем поговорить. Так что не переживай, мы ушли сами, это не ёкаи нас утащили.

— Ладно. Но не уходите далеко, – плохо скрывая недовольство, отозвался Ивасаки. На заднем плане я услышала голос Йоко, но не разобрала слов. – Йоко-тян попросила вас быть осторожными.

— Конечно.

Я положила трубку, и мы с Кадзуо направились к метро. Мы молчали, каждый задумавшись о своем, но эта тишина теперь была похожа на теплое одеяло, а не на тяжелые цепи. Я вдруг поняла, что молчать рядом с Кадзуо мне нравится не меньше, чем говорить с ним.

* * *

Небо уже приобрело темно-серый оттенок, будто отражая асфальт узких улиц под нашими ногами, но пестрые и подсвеченные огнями вывески ресторанов, кафе и караоке делали атмосферу вокруг яркой и оживленной. Город вокруг не опасался ёкаев. Люди думали не о том, где спрятаться, а о том, где бы приятно провести летний вечер. Гуляли, болтая друг с другом, останавливались перед выставленными у дверей стойками с меню, радостно приветствовали друзей и скрывались внутри заведений.

А я… С каждым шагом, приближавшим нас к нужному ресторану, на мои плечи опускалась неимоверная тяжесть, а воздух густел, затрудняя дыхание. После каждого нового шага вперед мне хотелось сделать два назад. Это была глупая тревога, почти детская неуверенность, трусливое желание сбежать, и хоть я все это понимала, не могла избавиться от подобных чувств. Как и не могла позволить им оказаться сильнее меня, сильнее моего желания поддержать Кадзуо. А потому, чтобы не показывать, как сильно нервничаю, я крепко сжимала его ладонь, понимая, что этим прикосновением не только я придавала уверенности ему, но и он – мне.