Книга Пока не погаснет последний фонарь. Том 4, страница 134 – Вероника Шэн, Ангелина Шэн

— Я с тобой!

— Нет!

— Я тебя не брошу!

На лице Кадзуо за считаные мгновения промелькнуло столько разных чувств, но все они складывались в одно – во внутреннюю борьбу. Он явно не хотел бросать Хасэгаву, но и не хотел подвергать опасности меня.

— Бежим! – позвал Кадзуо, крепко сжав мое запястье и потянув вперед.

Но я осталась стоять на месте.

Кадзуо принял решение. Он выбрал меня, но я понимала… Понимала, что он все же сомневался. Я не хотела, чтобы из-за меня он бросил Хасэгаву, ведь если после этого с тем что-то случится, я была уверена, Кадзуо станет винить себя.

И точно так же я не могла позволить ему отправиться на помощь Хасэгаве одному, не собиралась бежать и спасаться в одиночку.

— Поможем Хасэгаве! – решительно заявила я и поспешила к тем дверям, за которыми скрылись он и незнакомец.

— Хината-тян, нет! Это опасно! – возразил Кадзуо, попытавшись вновь схватить меня за руку.

Но в этот момент земля задрожала, и в очередной раз рев, похожий на далекий раскат грома, вибрацией отдался в наших костях.

Мы, переглянувшись, молча забежали в нужное кафе…

А увидев, что происходило внутри, я едва не споткнулась и с трудом сдержала крик.

Столы и стулья оказались сдвинуты к стенам, а рядом с ними были разложены мешки из-под риса, вот только лежали в них… трупы. Мешки не были завязаны, некоторые оказались порванными, и из них торчали руки и ноги, а также плечи и шеи… лишенные голов. У всех тел, которые я смогла увидеть, были отрублены или грубо оторваны головы.

Воздух пропитался запахом крови, которая окрасила пол в грязно-красный оттенок, крупными каплями и брызгами отпечаталась на некогда светлых стенах и деревянной мебели.

У дальней стены я заметила безногого ёкая, невысоко парящего над полом. Существо было укутано в окровавленные погребальные одежды, а его длинные, почти до пола, черные волосы были распущены и частично спадали на лицо, подчеркивая мертвенную бледность кожи. Между прядями выглядывали красные голодные глаза, смотрящие на нас с яростью.

На полу рядом с ёкаем лежала… голова. Часть волос на ней была вырвана, череп оказался расколот, и я, с поднявшейся к горлу тошнотой, заметила на окровавленном лице следы зубов.

И резко отвернулась, возвращая внимание к ёкаю. Тот держал за волосы человека… Пока еще живого, кричащего и сопротивляющегося. Но ёкай явно пытался оторвать голову и ему.

Тем временем Хасэгава и незнакомец пытались спасти жертву этого отвратительного, жуткого существа.

Я впала в ступор, замерев, а сердце, напротив, с силой заколотилось о ребра. Казалось, мои ноги приросли к полу, а в горле застрял крик, который все не мог вырваться, но при этом перекрыл мне дыхание.

— Кубикадзири^[35], – хрипло прошептала я. Съеденные головы трупов не позволили ошибиться.

— Стой подальше, – попросил Кадзуо и кинулся на помощь.

Когда Хасэгава заметил Кадзуо, его глаза округлились от удивления и страха, но он поспешил вернуть внимание к кубикадзири и его жертве.

Кубикадзири, злобно зашипев, с силой оттолкнул седого мужчину, и тот, налетев на стол у стены, упал на обезглавленные трупы. Судорожно вздохнув то ли от страха, то ли от отвращения, он отшатнулся, еще даже не успев встать на ноги, и отполз подальше.