Книга Роза и Терновник, страница 103 – Алла Касперович

— Как спалось, миледи? – с видом святой простоты поинтересовалась Долли, обливая плечи госпожи тёплой водой, настоянной на лепестках бордовых роз – распоряжение графа.

— Прекрасно, – ответила Розамунд. Глаза её были закрыты, а тело расслаблено, только немного неприятные ощущения внизу живота напоминали о том, что оно изменилось. Впрочем, и они постепенно исчезали.

— Я думаю! – хихикнула горничная и тут же хлопнула себя по губам.

Графине и в голову не пришло отчитать её за вольность. Долли и так сдерживалась, причём настолько, что впору её было хвалить, а не ругать.

Пока госпожа нежилась в ароматной воде, горничная сменила бельё, про себя довольно хмыкнув, когда обнаружила пятно, но вслух себя ничем не выдала.

А в это самое время Гофорд вручал хозяину письмо, совсем не похожее на записку, которую отправил бы пастор Сэмюель. Майкл поблагодарил дворецкого и сделал вид, что прекрасно понял, от кого конверт, а затем отправился в спальню графини, где уже давно не ночевал, потому что в последнее время делил кровать с женой, пусть до вчерашнего они дальше совместного сна и не заходили. Пока граф собирался терпеливо ждать, когда супруга приведёт себя в порядок и выйдет к нему. Тогда он и покажет ей письмо, от отправителя, в имени которого есть несколько букв «а».

В коридоре возле графской спальни Майкл зачем-то понюхал конверт, но от него ничем необычным не пахло. Возможно, это всего лишь очередное приглашение от соседей или очень дальних родственников – их раньше вежливо отклонял секретарь, потому что граф пока ни с кем из «старых знакомых» заново знакомиться не желал. Зеркальник в принципе предпочитал общаться как можно меньше с теми, кто знал прежнего Майкла. Не так уж многих за те годы, что был привязан к изначальному хозяину этого тела, он успел повидать из-за завесы. И уж тем более никак не мог представить, что происходило между Майклом Шерданом и остальными, когда поблизости не был ни единого зеркала.

Около двери граф остановился и прислушался – Долли всё ещё была с графиней. Чтобы не мешать, Майкл ушёл в кабинет и там положил конверт на серебряный поднос для писем, а сам уселся за стол и принялся старательно выводить буквы. Получалось всё лучше и лучше, настолько хорошо, что граф силком себя заставил оторваться и покинуть кабинет.

— Ваша Светлость! – остановил его один из лакеев – самый молоденький, совсем недавно на службу поступил, – когда половина пути до спальни уже была преодолена.

— Да, Ник? – Майкл знал, как зовут каждого, включая самого последнего поварёнка. Что-что, а имена он хорошо запоминал.

— Миссис Гастингс спрашивает, не отправить ли вам завтрак в комнату? – Лакей при этом подозрительно краснел и отводил взгляд.

— В комнату?.. – призадумался граф. Наверняка Роза всё ещё не слишком хорошо себя чувствовала, а значит, лишние движения ей пока ни к чему. – Да, пусть принесут завтрак в комнату. Отличная идея!

— Слушаюсь, Ваша Светлость! – поклонился лакей.

— И, Ник?

— Да, Ваша Светлость?

— Ты, случайно, не заболел? Красный ты какой-то…

Лакей быстро-быстро замотал головой и заторопился в кухню, чтобы передать сообщение миссис Гастингс. Та с самого раннего утра пребывала в превосходном настроении и поменяла на сегодня меню, решив приготовить те блюда, что способствовали восстановлению сил. Ни для кого не стало секретом то, что произошло этой ночью между графом и графиней, но это вовсе не означало, что кто-нибудь осмелится хотя бы заикнуться об этом перед хозяевами.