Книга Роза и Терновник, страница 75 – Алла Касперович

Довольный собой, разве что насвистывать себе под нос не решился, викарий покинул погреб и нацепил на лицо маску скорби.

— Как я и думал, неизвестная болезнь, – сообщил он взволнованной графской чете. – Похоронить можно сегодня. Я всё подготовлю.

— Благодарю вас, Отец. – Розамунд прикрыла веки, стараясь скрыть подступившие слёзы, но у неё ничего не вышло, и она, всхлипнув, отвернулась от него и уткнулась мужу в плечо, пробормотав: – Прошу простить меня, Отец…

— Ну что вы, миледи, я всё понимаю.

Пастор Сэмюель и Майкл, зацепившись взглядами, уставились друг на друга и замерли. И было с чего! Ведь каждый из них увидел то, чего никак не ожидал: викарий смотрел на графа зрачками, ставшими почти полностью красными, напоминая собою рубины – но то обычный человек вряд ли бы уловил, – а глаза Зеркальника сверкали сапфирами. Ни зрачков, ни белка́ – глазницы графа заполнили настоящие драгоценные камни! Что тоже, к слову, всё тот же обычный человек никогда бы не заметил.

— Милорд, – первым заговорил викарий, – вы же заедете ко мне перед похоронами, чтобы… чтобы обговорить все вопросы?

— Конечно, Сэм, – медленно кивнул Майкл. – Только отведу Её Светлость в её покои, и вернусь к вам. Поедем вместе.

Сапфиры и рубины ещё раз сверкнули друг на друга, и их обладатели разошлись.

На время.

Как и говорил викарию, Майкл отвёл жену в графскую спальню, пока так и остававшуюся во владении графини.

— Может, всё-таки побыть ещё с тобой? – уточнил граф, с сомнением глядя на чересчур бледное лицо своей Розы.

— Нет-нет, поезжай, – слабо улыбнулась ему супруга, но на большее она сейчас способна не была. – Мэри похоронить нужно как можно скорее. Ей и так досталось при жизни, так хоть похороним её по-человечески.

— Как скажешь, дорогая. Я позову к тебе Долли, – наконец решил граф. Сердце его было не на месте от беспокойства, но волновался он отнюдь не за себя, хоть ему и предстояла встреча с пастором Сэмюелем, сумевшим разглядеть в нём истинную сущность. Впрочем, викарий и сам был совсем не прост.

— Хорошо, Майкл, – на сей раз улыбка Розамунд получилась чуточку веселее, – Долли мне точно не даст погрузиться в грусть.

— Уж я на это надеюсь!

Граф запечатлел на лбу жены лёгкий поцелуй, погладил её по щеке и вышел, не забыв перед этим дёрнуть за шнур, вызывая горничную. Как только за мужем закрылась дверь, Розамунд рухнула в кресло и закрыла глаза, радуясь, что смогла продержаться так долго. Майкл, такой заботливый и нежный… Заставлять его беспокоиться ей совсем не доставляло удовольствия.

Вскоре пришла Долли. Видимо, долго грустить она не умела, поэтому сходу озарила графскую спальню весёлой улыбкой.

— Ваша Светлость, а что это вы тут? Давайте я вам чайку сладенького принесу, а? Щёчки ваши белые-белые стали! Ну куда ж это годится! Значит так, Ваша Светлость! Я мигом на кухню и обратно, а потом мы с вами в саду погуляем.

— Долли, не хочу… – Розамунд еле приоткрыла глаза, её морило в сон, и она ему почти сдалась.

— Ваша Светлость! Ну пожалейте ж вы меня! – Горничная упёрла руки в бока. – Что я Его Светлости скажу? Он мне за вами приглядывать велел, не давать скучать, а вы тут совсем раскисли! – Она вздохнула и заговорила тише: – Понимаю я вас, миледи. Я тоже к людям привязываюсь… И к вам я уже привязалась. Думаю, Мэри ваша вас очень любила. И мне правда очень жаль. И вас, и её. А ещё я думаю, что она бы очень расстроилась, если бы увидела вас такой.