Книга Младший сын, страница 205 – Илона Якимова

Уот нашел ту подкову на Эске — и теперь я сомневался, что она и впрямь была от Джонстонов. Уот уговаривал меня поднять вражду с Лохвудом — и был разочарован, когда мы отказались. Уот уклонился от ночевки у Глендиннинга — теперь понятно, зачем. Уот знал, что у нас еще одно мертвое тело, Уот знал, где это тело нашли, прежде чем я показал ему, Уот знал о нас слишком много. И хотел бы я знать, что же на самом деле ему, скотине, потребовалось?

И повторил сказанное в пыточной Уиллом:

— В своре есть осведомитель. Тебе придется найти его.

— О да… А я ведь прямо горжусь тобой, — хмыкнул Патрик. — Ты это все один наворотил? В дьявола не верит, с мертвыми разговаривает! Уважаю!

У него и мысли не возникло, что все это правда.

— Дело не в том, — молвил Уилл, — что он на тебя наговорил тут. Дело в том, как ты понимаешь, куда он с этим ходил и где еще смердел.

— Да куда угодно мог пойти-то, — перед внутренним взором весьма четко встало лицо настоятеля августинцев Линна.

— Вот в том и дело.

Я же видел, видел Симса тогда в Джедбурге! Августинцы — они за спасение души. Меня передернуло, когда я представил, как станут спасать мою. При умелом толковании только в Хермитейдже я уже наговорил на снятие сана, не упоминая о большем. Мать ясно дала понять, что не поддержит расстригу, меня ждет жалкая жизнь. Особенно если учесть, что свою долю в деньгах я прибавил ко вдовьей части Агнесс, впредь рассчитывая на доходы епархии.

— Вот же сукец, — нежно произнес Патрик, — вот же…

— И зачем же ему это понадобилось? — Уилл яростно чесал в затылке, словно пытаясь выскрести мозг.

— Замок, Патрик. Он хочет себе Караульню, — эти слова вывалились из меня как бы сами собой.

Осенило мгновенно и многое объяснило. Да что там, объяснило вообще все. А еще всплыло в памяти и то, о чем как-то сказал Патрик — что Уот горит желанием потягаться с кузеном Керром за пост лорда-хранителя Средней марки. Эта скользкая тварь разом подставила бы две, а то и три приграничные семьи под разборку. Войди мы в blood feud с Лохвудом из-за Патрика — а ведь имели все основания, с той подковы — и вот уже можно донести в регентский совет, что Хепберны ног под собой не чуют, а Керры не могут тех обуздать. Положи меня конченые ребятки на Эскдейле — опять под немилостью Керр, а Патрик — уж точно в кровничестве со Скупцом. А предъяви мы теперь что-либо Уоту… вот же черт! Да что же и как ему предъявить?

Пока я все это варил в голове, Патрик сидел со странным лицом, потом грохнул кулаком по столу:

— Не верю! Он, паскуда, это нарочно, чтоб нас с Уотом стравить!

Была и такая возможность, конечно.

— Ты Симсову рожу видел? Еще и ухмылялся вослед!

— Катберт его так вскрыл, что врать не станешь. Нет, Патрик, он дело говорит.

Верить или не верить показаниям с пытки? Где граница крепости духа, растущего от почвы Лиддесдейла? Как ни бросить кости, они фальшивы, залиты свинцом, и только Уот — везде красавец. Любой расклад был бы ему на руку — и любым он воспользуется к своему удовольствию. Рыло его, когда явился вынюхивать в Караульню, жив ли еще Патрик, так и стояло у меня перед глазами. Тот взгляд, которым он примеривался ко входной решетке…

— Нет, — я вздохнул и поднялся из-за стола. — Все так, Патрик. Я верю. Сходится.

— И десяток серых овец, говоришь? — Патрик скрипнул зубами. — Я не могу вписаться сейчас кровником к Скоттам. Не могу. Ты же понимаешь, что, вцепись в нас один род — и все другие подтянутся? Даже если это он — надо разойтись сейчас любой ценой, чтоб впиться потом, когда заматереем. И я ему этот десяток серых мелко нашинкую и в глотку забью тогда… Но сейчас!