Онлайн книга «Белокурый. Король холмов»
|
— Ой, мамочки! — она изо всех сил цеплялась за широкие плечи графа, обвив его талию ногами, позволяя ему вторгаться все глубже, все сильней. — Ой, помилуй меня, Богоматерь!.. Святая… ох!.. святая Маргарита, твоими молитвами! Рожать ей было еще куда как раненько, но Мэг сообразила, что, коли святая Маргарита ответственна за выход из этого отверстия, то, вестимо, поможет и на вход. Босуэлла все это сопровождение и безумно смешило, и сбивало одновременно, и на будущее он порешил избавить Мэг от ее милого, но такого неуместного благочестия. А сейчас Патрик, закусив губу, чтобы не хохотать, только удвоил натиск, до тех пор, пока бедняжка Мэг, наконец, не стала уже неспособна на членораздельную речь, и только слабо, жалко попискивала, не в силах справиться со горячей волной, в которой растворялось ее измученное и, одновременно, обласканное мужской любовью тело. Еще два-три выпада, когда ей показалось, что лэрд пронзает ее до самого сердца — и она выгнулась и закричала в его объятиях, дойдя до верхней точки. Потом Патрик вновь баюкал ее, обнимая, поглаживал, как нервное животное, чувствуя, как она расслабляется, замирает, затихает, полная болью, негой, его семенем, новым знанием. Некоторое время они лежали молча, пока не выровнялось дыхание, и тела не охватила истома. Белокурый, на которого, наконец, накатила усталость от дороги, гульбы, купания в холодной воде и последующей постельной резвости, уже провалился в сон, когда свернувшаяся у него под боком калачиком Мэг тронула своего лэрда за плечо. — Ну? — отозвался он сонно. — Они не соврали… — Что? — У меня прямо дух занялся, ваша милость. Вы и правда — лучший в мире любовник… — Что⁈ — лэрд хохотал, как сумасшедший, несколько минут, а затем, еще фыркая от смеха, накрыл ее по макушку одеялом. — Да спи уже наконец, чертова кукла, навязалась на мою голову… спи, кому говорю! И никогда больше не лезь в постель к пьяному рейдеру, кем бы он ни был… Но, некстати разбуженный, он еще некоторое время молча улыбался своим мыслям во тьме спальни, прислушиваясь к ровному дыханию уснувшей девушки. Что ни говори, а приятно быть лучшим в мире, даже если ей еще просто не с кем сравнивать. Наутро старый МакГиллан прислуживал графу с таким мрачным лицом, что Белокурому стало понятно — тот уже все знает. Еще бы, Мэг вряд ли сумела сохранить в тайне исполнение заветной мечты. — Йан, у меня должок перед тобой. — Ваша милость… Йан никогда бы не посмел отказать Босуэллу в теле своей дочери, но обоим было ясно, что желал-то он для Мегги отнюдь не этого. Белокурый поморщился, он терпеть не мог объясняться, но МакГиллан слишком давно был ему не просто слугой: — Не я ее захотел, Йан — она меня захотела, ты это знаешь. А я был пьян. Виски и горячая девчонка кого угодно доведут до греха… Мегги выйдет замуж за любого, кто ей глянется, я дам ей приданое, какое спросишь, и она никогда не будет знать нужды. На этом все! Это было не все, потому как за те несколько месяцев, пока они радовали друг друга, Патрик выучил Мегги несколько большему, чем полагается знать порядочной женщине для семейного счастья. Сокровища не замечаешь вблизи — до сей поры мало у него было любовниц слаще и горячей. А весной Мэг МакГиллан вышла замуж за лучшего волынщика лорда Йестера, Джока Овечий Хвост Хея — по обоюдной склонности, кстати говоря. Но и к своему первому мужчине продолжала питать прежнюю слабость, иногда, по старой памяти, проскальзывая в спальню его милости — после того, как смогла сравнить. |