Книга Развод. Коса на камень, страница 6 – Елена Валерьева

— Отчет по слиянию, — сказал я, глядя на начальника юридического отдела. Тот попытался открыть рот. — Я сказал: отчет. Цифры. Факты. Без воды.

Юрист начал мямлить про какие-то бумажки, про сроки, про то, что Князев тянет с документами. Я слушал вполуха. Потому что в голове вдруг всплыло другое.

Как она стояла в дверях. Босиком.

Вот же черт.

— … поэтому мы не можем завершить сделку раньше следующей недели, — закончил юрист и уставился в пол.

Я медленно перевел на него взгляд. В кабинете повисла такая тишина, что стало слышно, как за окном пролетел вертолет.

— Ты, — сказал я. Голосом, от которого стальные балки гнутся. — Ты сейчас сказал мне «не можем»?

Мужик побледнел так, что стал одного цвета с белой рубашкой.

— Я… Ярослав Викторович, я хотел сказать, что потребуется дополнительное время для…

— Время — это ресурс, — перебил я, вставая из-за стола. Мой рост, мои плечи, моя тень, накрывшая его целиком, — все это работало безотказно. — Ресурс, который ты, судя по всему, не умеешь экономить. У тебя есть два дня. Если через два дня документы не будут у меня на столе — ты пишешь заявление. И будешь искать работу в другом месте. Может, в такси. Или у твоего бывшего шефа Князева. Он, говорят, ищет лохов, которые согласны работать за копейки.

Мужик мелко закивал. Остальные замерли, стараясь даже не дышать в мою сторону. Я обошел стол и сел на край, скрестив руки на груди. Посмотрел на каждого по очереди. Взгляд — как лазерный сканер. Кто нервничает — тот слабак. Кто отводит глаза — тот вор.

— Следующий. Отдел продаж. Цифры за неделю.

Начальник продаж, здоровый детина с бычьей шеей, шагнул вперед и начал докладывать. Ровно. Четко. Без дрожи. Умница. Я кивал, слушал цифры, давал распоряжения. Мозг работал на полную мощность. План захвата автосалонов Князева был расписан по дням. Дарья Воронцова — козырь, который я разыграю в нужный момент. Она будет присутствовать на переговорах, будет подписывать бумаги, будет своим видом бесить бывшего мужа. Потому что когда Князев видит ее — он теряет контроль. А когда враг теряет контроль, я выигрываю.

Всё логично.

Всё по делу.

Никаких личных мотивов.

Я разогнал совещание, раздав указания. Люди разбежались как тараканы, когда включают свет. В кабинете снова стало тихо. Я подошел к окну, посмотрел на город внизу. Серая масса. Миллионы людей. Суета.

И в этой суете — одна точка. Одна женщина в дурацком пледе, с рыжими от недосыпа глазами и запахом корицы.

Я вспомнил, как она сказала: «Я искусствовед по образованию».

Черт.

Я скривился. Скривился своим мыслям, потому что они были не о бизнесе. Они были о том, как она, зараза такая, пахнет. И о том, что я хочу это почувствовать снова. Ближе. Без этого гребаного пледа между нами.

Я провел рукой по лицу, сжал переносицу.

— Работа, Громов, — сказал я себе в пустоту. — Работай.

Но в груди что-то зашевелилось. Там, где давно уже должно было быть пусто. Где я сам выжег все дотла.

В душе? Не смешите.

Я скривился. В штанах зашевелилось, чего уж там. И это было честнее любых романтических бредней.

Я вернулся за стол, открыл ноутбук и набрал сообщение своему помощнику: «Найди все о Дарье Воронцовой. Увлечения. Друзья. Любовники. Каждый шаг за последние три года. И чтобы через час было у меня».