Книга Лена в гареме у дракона или дракон у Лены, страница 24 – Ольга Барыкина

— Это невероятно.

— Нет. Невероятно — это то, что вы раньше жили без этого и какими-то образом не сожгли дворец ещё лет триста назад.

Даже Люциус однажды остановился посреди гарема и несколько секунд молча смотрел на идеально сложенные ткани, аккуратные полки и подписанные ящики.

Потом очень медленно произнёс:

— У меня ощущение, будто я случайно зашёл не в свой дворец.

— Это потому, что твой дворец наконец начал выглядеть как место, где живут люди, а не как склад последствий эмоционального шторма.

После нескольких дней знакомства с Леной Люциус пришёл к крайне неприятному для себя выводу, который серьёзно подрывал его самооценку как древнего могущественного дракона, веками державшего в страхе половину континента: эта женщина совершенно его не боялась, и дело было уже не в браваде, не в попытке сохранить достоинство и даже не в безрассудстве, потому что Лена, к его огромному раздражению, прекрасно понимала, насколько он опасен, просто почему-то считала это недостаточно впечатляющим.

Особенно сильно его задел случай, произошедший накануне, когда он в драконьей форме случайно подпалил часть тренировочного полигона, а Лена вместо паники посмотрела на него так, как смотрят на мужчину, разбившего чужую машину при попытке красиво припарковаться, после чего только устало спросила, кто теперь будет оплачивать ремонт.

После этого Люциус решил, что ситуацию необходимо срочно исправлять.

Настоящий дракон не мог спокойно жить с ощущением, что какая-то человеческая женщина воспринимает его примерно как очень крупную, местами проблемную, но всё-таки бытовую неприятность.

Поэтому следующим утром дворец проснулся в атмосфере тщательно организованного драматизма.

Небо над башнями стремительно потемнело, ветер поднялся такой силы, что флаги натянулись до треска ткани, а стража начала нервно переглядываться, потому что за несколько столетий жизни рядом с Люциусом все прекрасно усвоили: если дракон устраивает настолько театральное появление, значит, либо кто-то серьёзно провинился, либо Повелитель опять решил произвести впечатление.

Второй вариант, как правило, был опаснее.

Лена в этот момент сидела возле кухни за длинным деревянным столом и пыталась объяснить кладовщику, что если в отчёте написано «двадцать мешков муки», а на складе лежит пятнадцать, то это не «магическая усушка», а обычное воровство, причём очень ленивое, потому что даже цифры нормально подделать не попытались.

Именно в этот момент над внутренним двором раздался оглушительный рёв.

Служанки вскрикнули, кто-то уронил поднос.

Один из молодых стражников чуть не сел мимо лавки.

Огромный чёрный дракон опустился прямо посреди двора с таким грохотом, будто собирался не разговаривать, а начинать полномасштабное вторжение, причём больше всего пострадала клумба, за которой последние три дня ухаживали сразу четыре садовника.

Люциус медленно расправил крылья, выпустил из пасти дым и выдержал эффектную паузу, явно ожидая привычной реакции окружающих.

Реакция действительно последовала.

Слуги в ужасе отступали. Наложницы прятались за колоннами.

Кладовщик вообще попытался исчезнуть со скоростью человека, внезапно вспомнившего все украденные продукты за последние пять лет.