Книга Лена в гареме у дракона или дракон у Лены, страница 26 – Ольга Барыкина

— Люциус, люди, пришедшие на распродажу в шесть утра, уже ничего не боятся.

Эта фраза произвела на дракона настолько сильное впечатление, что он даже несколько секунд молчал.

Потом очень медленно спросил:

— То есть ты хочешь сказать, что после такого тебя невозможно напугать?

Лена пожала плечами.

— На меня женщина с купоном на скидку орала громче, чем ты в драконьей форме, так что тебе придётся очень постараться.

Один из стражников рядом нервно перекрестился.

Люциус некоторое время задумчиво смотрел на Лену, после чего неожиданно встал и молча ушёл, оставив окружающих в полном недоумении.

— Он обиделся? — осторожно спросила одна из служанок, наблюдая за тем, как дракон удаляется с мрачным и крайне задумчивым видом.

Лена проводила Люциуса взглядом, после чего невозмутимо пожала плечами.

— Нет, судя по лицу, он сейчас мысленно пересматривает последние несколько сотен лет своей жизни.

Вернулся дракон примерно через час, и выглядел он при этом настолько торжественно, будто собирался либо объявлять войну соседнему королевству, либо вручать кому-то высшую государственную награду за спасение мира.

За ним нервно семенила пара слуг, тащивших огромную чёрную шкатулку с таким выражением лиц, словно внутри лежало нечто чрезвычайно ценное, опасное и потенциально способное взорваться.

Люциус величественно подошёл к Лене, одним движением открыл крышку и с явной гордостью продемонстрировал содержимое.

Внутри лежал огромный тёмный камень с золотыми прожилками, размером примерно с хороший строительный кирпич, причём выглядел он так, будто при необходимости им действительно можно было проломить крепостную стену, решить территориальный спор и заодно выбить признание из особо упрямого преступника.

Лена некоторое время молча смотрела на подарок с выражением человека, который очень старается понять логику происходящего, но пока терпит сокрушительное поражение.

Потом она медленно подняла взгляд на Люциуса.

Потом снова посмотрела на булыжник.

Потом ещё раз на дракона, словно надеялась, что за эти несколько секунд камень каким-то образом превратится хотя бы в вазу.

— Это что? — наконец уточнила она с максимальной осторожностью.

Люциус немедленно выпрямился ещё сильнее и заговорил тем самым официально-драконьим голосом, которым обычно объявляют древние пророчества, казни и семейные традиции.

— Камень с фамильной скалы моего рода, который испокон веков передаётся как знак величайшего уважения и особого расположения.

Лена снова посмотрела на подарок.

— То есть ты серьёзно решил, что лучший способ ухаживать за женщиной — это подарить ей фрагмент горы?

— Я лично отколол его, — с достоинством сообщил Люциус, явно ожидая восхищения.

— Это заметно, — кивнула Лена. — Скала, наверное, до сих пор приходит в себя и пытается понять, за что с ней так поступили.

Судя по лёгкому замешательству на лице дракона, реакция развивалась не совсем по тому сценарию, который он заранее представлял.

— Между прочим, это очень ценный подарок, — с некоторой настойчивостью заметил он, как человек, начинающий подозревать, что совершил культурную ошибку.

— Я не спорю, но у людей ухаживания обычно выглядят немного иначе и значительно реже требуют участия грузчиков.

— И как же у вас принято? — настороженно уточнил Люциус.