Книга Невеста по ошибке для альфы из клетки, страница 20 – Ксения Соболева

Я посмотрела на него. Он медленно поднял глаза и сразу пожалел, что родился.

— Простите, - сказал он.

— Вот именно. Запомните это чувство.

Громов снова почти улыбнулся. Я решила, что следующие семь дней, если они действительно состоятся, будут посвящены не романтическому напряжению, а моему постепенному желанию ударить его чем-нибудь тяжёлым и служебным.

Нас вывели из сектора не сразу. Сначала Громову приказали отойти к стене, поднять руки и позволить охране проверить браслет подавления. Он подчинился, но сделал это так, что подчинением это назвать было трудно. Просто в какой-то момент он решил, что людям вокруг будет полезно почувствовать себя важными, и разрешил им приблизиться. Двое охранников двигались к нему с такой осторожностью, будто подходили к раненому тигру, который временно подписал договор о ненападении. Один подключил к браслету небольшое устройство, второй держал наготове серебряную сеть. Громов смотрел поверх их голов в стену, но я всё равно видела, как напряжены его плечи. Тюремная ткань обтягивала мышцы, на шее под кожей едва заметно ходила жила. Он не боялся. Нет. Это было другое. Он терпел прикосновения чужих рук, и терпение это стоило ему явно больше, чем хотелось показывать.

Не знаю, почему я это заметила. Не знаю, почему мне вообще стало не всё равно. Наверное, потому что, когда тебе говорят, что ты семь дней должна находиться в пределах двадцати метров от какого-то мужчины, мозг автоматически начинает собирать информацию об этом мужчине с отчаянностью человека, которого заселили в одну квартиру с неизвестным хищником и выдали инструкцию на мёртвом языке.

— Браслет активен, - сказал охранник, отступая. - Но первичный контур его частично обходит.

— Насколько частично? - спросил Виктор Сергеевич.

— Достаточно, чтобы не полагаться только на браслет.

— Прекрасно, - сказала я. - Может, тогда всё-таки не будем выпускать его из камеры? Просто идея. Бесплатная. Дарю.

Громов посмотрел на меня.

— Боишься ехать со мной?

— Я боюсь людей, которые говорят «не полагаться только на браслет» рядом с существом красного уровня риска.

— Разумно.

— Не надо соглашаться со мной таким голосом.

— Каким?

— Таким, будто я сказала что-то милое.

— Ты сказала что-то разумное. Это редкость?

— Роман, - сказала Инесса Марковна.

Он перевёл взгляд на неё, и снова в нём появилось это странное уважение старого знакомого. Не тёплое, не мягкое, но настоящее. Инесса Марковна явно была из очень небольшого числа людей, которым Громов позволял говорить с собой не как с объектом.

— Тебя переведут в юридический сектор вместе с ней, - сказала она. - Без резких движений, без провокаций, без демонстрации силы. Любой жест, который охрана сочтёт угрозой, будет зафиксирован как нарушение условий первичного освобождения.

— У меня уже есть условия освобождения? - спросил он.

— Благодаря Светловой - да.

— Не благодаря, а вопреки, - вмешалась я.

— Разница тонкая, - сказал Громов.

— Для вас, может быть. У меня в жизни сегодня появилась огромная разница между «передать папку» и «стать гарантом альфы».

— Размер имеет значение?

Орлов кашлянул. Юрист уронил стилус. Виктор Сергеевич закрыл лицо рукой. А я на секунду даже потеряла дар речи, что, как уже было установлено, случалось редко и обычно в присутствии катастроф.