Книга Созданная для любви, страница 31 – Наташа Мэдисон

— Все, готово, – объявляю я, когда заканчиваю с последней пуговицей, и полы платья скользят в стороны. Шелби быстро поднимает руки, придерживая переднюю часть.

— Упс, – говорит она, успевая поймать ткань до того, как останется топлесс. – Спасибо. – И отходит от меня.

— Хочешь, помогу снять его? – Слова просто вылетают изо рта, удивляя меня самого. Шелби оглядывается через плечо, ее глаза расширяются. – Оу, я имел в виду не это. Просто хотел сказал, что оно большое. – Опускаю руки, надеясь, что пол разверзнется и я провалюсь сквозь землю. – Не в смысле ты большая, я хотел сказать, что платье объемное.

— Ты закончил? – Она смеется, прижимая платье к груди.

— Пожалуй, посижу здесь и еще выпью, – говорю я, и она кивает, уходя в другую комнату. – Какого черта с тобой не так? – бормочу я себе под нос, а потом снимаю пиджак и бросаю его на пол. Сегодня он мне явно больше не понадобится. Сажусь и наливаю полстакана виски, делаю глоток и жду, когда Шелби вернется в комнату.

— Вот так-то лучше, – говорит она, входя в комнату, на ней белые атласные пижамные штаны и подходящая рубашка на пуговицах с коротким рукавом. На левой стороне рубашки вышита надпись «Невеста».

— А здесь есть вещи, на которых не написано «Невеста»? – спрашиваю я, когда она опускается рядом со мной на диван. Наклонившись вперед, она наливает себе такую же порцию виски.

Подогнув ноги, делает глоток.

— Например, на татуировке, которую я сделала внизу спины.

Потрясенно смотрю на нее.

— Ты шутишь. – Не понимаю, говорит она правду или нет.

Когда Шелби закатывает глаза и громко смеется, я вздыхаю с облегчением.

— Конечно же шучу. – Поднимаю стакан с виски и отпиваю немного, а она добавляет: – Она ближе к моей промежности. – И виски вылетает у меня изо рта. Я давлюсь и кашляю, а Шелби даже не пытается помочь мне. Она ничего не делает, просто потягивает свой собственный виски.

— Я подавился, – выдавливаю между вдохами, а она лишь хлопает меня по спине.

— Просто пей, со временем станет лучше. – Снова отпивает виски, и кажется, будто ее сейчас вырвет. – Мерзость.

Делаю глоток, крепкая жидкость обжигает горло, но останавливает кашель.

— Рискну заявить, что сегодняшний день – худший в моей жизни. – Смотрю на нее, ожидая, что она согласится со мной.

Шелби кивает.

— Именно об этом я и думала, – замечает она, – вчера. – Снова подносит бокал ко рту и делает большой глоток.

— Почему не позвонила и не рассказала все мне?

— А ты бы смог сдержаться и не врезать ему? – спрашивает она, и я смотрю в потолок.

— Это вряд ли, – признаю я. – По правде говоря, если бы вчера вечером ты позвонила и все рассказала, не знаю, как бы повел себя с ним. Черт, всю прошлую ночь он сидел и пил, а я списывал все на простой мандраж.

— Больше похоже на панику, – шутит Шелби, и я смеюсь. – Прости, что не сказала тебе. Не знаю, почему так поступила, но я хотела сделать ему больно, прочитав то письмо. – Она кладет руку на спинку дивана и опускает на нее голову. – Хотела, чтобы он чувствовал то же унижение, что по его вине ощутила я. – Она смахивает слезы, стараясь не расклеиться.

— Честно говоря, у меня голова идет кругом. – Поднимаю руку, чтобы нарисовать в воздухе круг, но чувствую, будто она весит тонну, так что просто опускаю ее.