Книга Искренне. Безумно. Навсегда, страница 93 – Л. Дж. Шэн

Она встала и отнесла тарелку в раковину, чтобы помыть. Я рыпнулся ей помочь, но Дилан покачала головой:

— Сиди! Я скоро с ума сойду, если вы не разрешите мне что-то делать самой. Да я уже почти свихнулась.

Она налила на тарелку столько мыла, что в нем можно было бы искупать детеныша кита, и начала ее тереть.

— Мы оба понимаем, почему я выхожу за Така. Из-за мамы. Я и так жестоко ее разочаровала. Не надо, не смотри на меня так, это правда. Ни колледжа, ни перспектив, внебрачный ребенок. Меньшее, что я могу сделать для своей малышки, – это выйти за ее папу.

— Меньшее, что ты можешь сделать для своей малышки, – это подумать о себе и показать ей на своем примере образ независимой, бесстрашной женщины, которая сама выбрала свой путь, – возразил я. – Ты ненавидишь Така, и за это я тебя не виню. – Я до сих пор не понял, почему она угрохала столько лет на этого кретина. – Что за…

— Слушай, – Дилан перебила меня, подняв мокрую руку, взяла со стола тряпку и вытерла ладони. – Я не хочу обсуждать Така. Что ты чувствуешь оттого, что Кэл здесь?

— Безразличие, – приподнял я бровь.

Она закатила глаза и, подойдя ко мне, похлопала по колену.

— О, Роуи.

— Это была детская влюбленность. – Щеки запылали. – И чувств к ней больше не осталось.

— Ну, тогда просто чтобы ты знал: если хочешь перетереть моллюска, мне уже все равно. – Дилан опустилась на стул рядом со мной.

— А с чего я вдруг захочу перетереть моллюска? – Я встревоженно покосился на сестру. – Это какой-то челлендж в соцсетях?

— Да все ты понял, – выразительно вытаращила она глаза. – Если хочешь поквасить капусту, так сказать.

Все равно не понимая, я исподлобья глянул на Дилан.

— Капусту не квасят, а подвергают брожению. Вообще-то это легко, нужно просто засолить…

— Да боже мой! Я о том, что, если хотите потрахаться, мне все равно. Я не буду встревать или закатывать истерики. – Дилан всплеснула руками. – Просто четыре года назад для меня это стало неожиданностью, учитывая ее грандиозный срыв.

Я с подозрением глянул на Дилан:

— Почему ты передумала?

Она перекинула темные волосы на одно плечо и стала выискивать посеченные кончики, которые ей приспичило оторвать.

— Я не хотела, чтобы вы встречались, потому как боялась, что ранят твои чувства. Я до смерти люблю Пятнышко, но у нее ни разу не было серьезных отношений. Она утверждала, что спит с кучей парней, но с годами я все чаще наблюдала, как она шарахается от них. Особенно после девятого класса. Ее словно перемкнуло, и она стала жутко недоверчива ко всему. Помимо родителей, единственным человеком, которому она смогла открыться, была я. – Дилан облизала губы. – Наверное, в глубине души я всегда боялась, что Кэл не способна на любовь. Ну или, скорее, не способна на ту любовь, которую ты заслуживаешь. Я оберегала твои чувства. Но раз уж сейчас ты явно ее презираешь, то мне уже все равно. Вы взрослые люди и можете делать все что хотите.

— Не то чтобы я всерьез об этом задумывался. – Я сжал пальцами переносицу. К слову, это самая громадная ложь на свете. – Но хочешь сказать: если завтра мы с Кэл переспим, тебя это не заденет?

— Ни капельки.

— Потому что у меня нет к ней чувств? – сощурился я.

— Потому что ты ее ненавидишь и больше не влюбишься, – поправила Дилан.