Книга Мальчик, страница 8 – Лера Титова

— Да.

— Зачем?

— Чтобы выжить.

— А теперь?

— Теперь я с тобой.

Он подошёл к ней. Взял за подбородок.

— Ты использовала меня, — сказал он.

— Да.

— Зачем?

— Чтобы убить Марчелло.

— А теперь?

— Теперь — чтобы жить.

Он смотрел на неё.

— Ты не будешь больше спать с другими?

— Нет.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Он поцеловал её.

— Я ненавижу тебя, — сказал он.

— Я знаю.

— Я люблю тебя.

— Я знаю.

— Ты тоже скажи.

— Я люблю тебя, Микеле.

Она поцеловала его.

— Ложись, — сказала она.

— Я не хочу спать.

— Я тоже.

— Тогда зачем?

— Хочу, чтобы ты был рядом.

Он лёг. Она легла рядом.

— Твои братья ненавидят меня, — сказала она.

— Нет.

— Врёшь.

— Да. — Он обнял её. — Ненавидят.

— Это пройдёт.

— Когда?

— Когда увидят, что ты счастлив.

— Я счастлив?

— Не знаю.

— Врёшь.

— Да. — Она посмотрела на него. — Счастлив.

— Это хорошо?

— Не знаю.

— Узнаешь.

Она закрыла глаза.

И уснула.

Микеле смотрел на неё.

На её бледное лицо.

На её губы — красные даже во сне.

На её руки — которые сжимали его рубашку.

— Моя, — прошептал он.

Она не проснулась.

Но её губы дрогнули в улыбке.

Он закрыл глаза.

И заснул.

Они спустились вниз в десять утра.

Микеле вёл Виолетту за руку. Не прятал. Не стеснялся. Шёл в столовую, где уже собралась вся семья. За длинным дубовым столом, под портретами предков, которые смотрели на них с осуждением. Или с интересом. Микеле не знал. Ему было всё равно.

— Садитесь, — сказал дон.

Они сели.

Джульетта поставила перед ними тарелки. Яичница, бекон, тосты. Кофе. Виолетта взяла чашку. Руки не дрожали.

— Ты не боишься? — спросил Лука.

— Нет.

— Врёшь.

— Да. — Она отпила кофе. — Боюсь. Но не вас.

— А кого?

— Себя.

Лука усмехнулся.

— Умная, — сказал он. — Опасная.

— Я знаю.

— Ты знаешь, что я сделаю, если ты предашь?

— Убьёшь.

— Медленно.

— Знаю.

— И всё равно остаёшься?

— Да.

— Почему?

— Потому что он здесь.

Она кивнула на Микеле.

Лука смотрел на неё.

— Ты любишь его? — спросил он.

— Не знаю.

— Врёшь.

— Да. — Она поставила чашку. — Люблю.

— Докажи.

— Как?

— Выживи.

Лука встал. Вышел.

Доменико отложил газету.

— Ты знаешь, что она вдова? — спросил он.

— Да.

— Знаешь, что её муж предал нас?

— Да.

— Знаешь, что она спала с врагами?

— Да.

— И ты всё равно с ней?

— Да.

— Почему?

— Потому что она моя.

Доменико смотрел на него.

— Ты изменился, — сказал он.

— Я стал мужчиной.

— Докажи.

— Убил четырёх человек.

— За один день?

— За одну ночь.

Доменико кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Живи.

Он вышел.

Винченцо закрыл ноутбук.

— Она знает, что ты убил? — спросил он.

— Да.

— И не боится?

— Нет.

— Почему?

— Потому что она тоже убивала.

Винченцо смотрел на неё.

— Кого? — спросил он.

— Тех, кто хотел убить меня.

— Сколько?

— Достаточно.

Винченцо кивнул.

— Ты опасна, — сказал он.

— Я знаю.

— Но нужна ему.

— Знаю.

— Тогда оставайся.

Он вышел.

Антонио поднял бокал.

— За любовь, — сказал он.

— За любовь, — повторили женщины.

Микеле смотрел на Виолетту.

— Ты в порядке? — спросил он.

— Да.

— Врёшь.

— Да. — Она взяла его за руку. — Не в порядке.

— Что чувствуешь?

— Пустоту.

— Это пройдёт.

— Когда?

— Не знаю.

Она сжала его руку.

— Не отпускай, — сказала она.

— Не отпущу.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Джульетта поставила на стол десерт.

— Ешьте, — сказала она. — И прекратите драматизировать.

— Мы не драматизируем, — сказал Микеле.