Книга Измена. И глупо, и поздно, страница 33 – Дора Шабанн

Коля звонил ежедневно, и вроде все шло, ну, нормально, но пока на вопрос Таси мне ответить было нечего.

А потом пришел март две тысячи двадцатого.

И бумкнуло.

'– Опять в Париж хочется!..

— А вы там уже были?

— Нет, но вчера тоже хотелось…'

Анекдот

* Мнение героев не является истиной в последней инстанции и может не совпадать с мнением автора!

— Галь, рад, что вы там нормально. За нас не волнуйся, — регулярно сообщал мне муж по телефону. — Я работаю пока, жду вызов из посольства за документами. Алина опять в больнице, теперь до победного. Андрюха сказал: недели на три. Серега тут заезжал, у них все в порядке. Хоть теща и не одобряет твою идею, но в целом норм… уже проклятьями не сыплет.

Звучало, конечно, неплохо, но было грустно.

Время шло, и даже Восьмое марта показалось на горизонте, а Коля все еще к нам не присоединился. Удобные и недорогие билеты я смотрела каждый день по два раза: утром и вечером, с тоской замечая, что приличных вариантов становилось все меньше.

Нет, скучать особо нам было некогда: подружки организовали к Ленке безостановочное паломничество бесконечной череды друзей, знакомых, коллег, дальних родственников и приятелей со всего Евросоюза. Даже Юлька, наша общая одноклассница времен начальной школы, из Шотландии прилетала со своим Джоном. И все плясали вокруг нас с Тасей, привозили подарки, рекламировали здешнюю жизнь, делились всякими лайфхаками.

Реальность кружилась в бешеном хороводе, но очень часто, особенно ночами, было безумно тоскливо: слишком долго я прожила вместе с Говоровым, и сейчас выворачивающее душу ощущение его отсутствия являлось постоянным источником горечи и тоски.

Спасалась работой.

Хвала Эльдару, постоянно присылавшему мне проекты один занятнее другого, ну и Ульке, которая сначала письменно отругала меня на три листа, а потом уточнила:

— Чем я могу тебя поддержать? Как вы там устроились и на что живете?

После моего подробного рассказа, сестра на следующий день подогнала мне долгоиграющий проект по оформлению игровых комнат в сети ресторанов.

— Надо, чтобы разнообразно, безопасно и обязательно запоминалось. Ну, чтобы дети хотели еще вернуться, — усмехнулась сестра. — Бюджет примерно вот такой. Владельцы — ребята приличные. У них в следующем году гостиница достроится, так что если с комнатами история удастся, то будет тебе еще заказ.

Именно в этих ярких, уникальных и ни на что известное не похожих детских комнатах я спасалась от своей боли и выматывающей тоски.

Кажется, я работала круглые сутки, изредка прерываясь помочь по хозяйству Ленке, сбегать за продуктами в ближайший магазин и за дочерью на курсы интеграции, а после — послушать Тасины новости.

— Да, сегодня нам рассказывали, как ходить за покупками, а завтра будет про общественный транспорт, — вещала моя румяная крошка, переименованная в детском центре в Тассу. — Но они капец странные. Ну, объясняют так, словно мы дикие и вчера с пальмы слезли. А вообще, я считаю в уме и задачи решаю быстрее, чем наш куратор-наставник.

Дочь удивлялась окружающим и людям, и традициям на каждом шагу, а вечерами достаточно часто подолгу болтала с отцом, делясь эмоциями и впечатлениями, неизменно завершая разговор словами:

— Папочка, прилетай скорее. Мы так тебя ждем.