Книга Операция «Смерть», страница 87 – Галина Кор

— Попали в грозовой фронт. Проходим стороной. Если попадем в эпицентр, то до суши можем и не дотянуть. Диспетчер передает, что там град и молнии. Если лупанет в самолет, могут отказать приборы и двигатели заглохнут.

— Где мы сейчас?

— Над Средиземным морем… Закрой дверь и не маячь!

Охранник, потоптавшись, поворачивается, чтобы уйти. А тут я… пасусь.

— Чего уши греешь? — дергает меня за руку, разворачивая. — Пошла на место! — Ему нахамили, а он теперь на мне злость срывает. Настоящий мужик…

Возвращаемся в салон. Те двое, уже не спят, возятся в конце, перекладывая какие-то сумки. Видно, это личные вещи. Зэк-Семенов идет навстречу. Только поравнялся со мной, специально задевает плечом, толкая, показывает свою неприязнь. Покачнувшись, хватаюсь за рейку, чтобы не упасть.

— Собака сутулая, — шиплю на него, — чтоб тебе…

— Чего? — оборачивается.

— Вали уже, — толкает его в спину старший, — мы, блядь, сегодня долетим без приключений! — говорит, словно мантру.

Я бы на его месте не была такой уверенной. Конечно, я планирую остаться живой, и Дима идет прицепом, а вот им безопасность я гарантировать не могу. Первым в списке смертников идет Семенов, оборачиваюсь и смотрю ему злобно вслед.

Сажусь обратно в кресло. Застегиваю ремни безопасности. Старший тянется, чтобы пристегнуть меня снова наручниками.

— Прошу… не надо, — прячу руки. — Куда тут бежать? — взглядом обвожу салон. — А если вдруг снова станет плохо? — в глазах мольба, надежда и вера в его доброту, и человечность.

— Если мне что-то не понравится в твоем поведении, стреляю без предупреждения, — произносит грозно, стараясь нагнать жути. Боюсь, не могу… аж коленки дрожат.

— Буду сидеть тихо-тихо, как мышка. И его отстегни, пусть хоть в туалет сходит.

— Наглеешь? — рычит, сцепив зубы.

— Прошу, по-человечески… — и взгляд преданный такой, я бы сказала, молящий. Долго смотрит, прожигая, а потом, сплюнув, расстегивает-таки наручники и на Димкиных руках.

Димка начинает растирать руки. На них остался явный след.

— Зотов! — кричит одному из двух в конце, — отведи его поссать! — тот лишь кивает.

Через время самолет начинает лететь ровно, тряска заканчивается и все снова расслабляются. Охранники возвращаются к игре, к ним присоединяется и зэк, старший читает, а мы с Димкой разговариваем взглядами.

— Что ты обо всем этом думаешь? — интересуется он.

— Да так… ничего, — ответом служит дерганье уголком губ.

— Что будем делать? — потирает подбородок, а потом по очереди смотрит на всех присутствующих.

— Пока ничего, — отрицательно качаю головой.

Я не могу рассказать все свои планы, но они уже есть. Первое, шанс выжить на суше выше, чем в море. Если самолет рухнет в воду, то он станет нашей общей могилой, а я не готова лежать рядом с психом Семеновым и компанией, брезгую. Второе, чтобы уничтожить вакцину нужно устроить огромный «БАХ!», другого способа я не вижу. Только большая температура способна убить вирус. Так как летим мы долго, то топливные баки почти пустые. Мощного взрыва не получится. Значит надо ждать дозаправки. Как только самолет вылетит из аэропорта и окажется над пустыней, вот тогда можно будет и подумать о дальнейших действиях.

Диана.

Самолет приземляется в аэропорту. За иллюминатором жизнь кипит. По территории ездят машины, перевозящие багаж, на стоянках несколько самолетов различных авиакомпаний, ходит технический персонал… вот автобус провез группу людей на посадку… Мы же сидим на местах. С одной стороны ожидание напрягает, с другой — оттягивает наш конец. Страшно ли мне умирать? Смерть — это всего лишь миг, состояние, констатирующие завершение земного пути… Нет, ни в какую загробную жизнь я не верю. Просто ты был, а потом тебя нет. Мир не останавливает, Земля не сходит с орбиты, живые продолжают жить… просто тебя в дальнейшем движении нет, ты сошел с дистанции.