Книга Развод. Испеку себе любовь, страница 106 – Яна Марс

— У нас нет месяцев, — парировала Вика, её пальцы уже летали по клавиатуре ноутбука. — Поэтому мы делаем грубый пиар в соцсетях, экстренные рассылки.

— А производство? — озабоченно спросил Денис, пекарь-технарь. — Если это сработает, даже частично, мы не потянем объёмы.

— Потянем, — неожиданно твёрдо заявил Сергей Петрович. Все удивлённо повернулись к нему. Технолог снял очки и устало протёр переносицу. — Пересмотрим график. Увеличим ночные смены. Я лично проконтролирую качество на всех этапах. — Он повернулся к внуку Галины Ивановны. — Сергей, тебе нужно договориться с поставщиком, нам нужно увеличить объемы вдвое.

Молодой человек тут же кивнул, уже доставая телефон: — Если не согласятся, я обзвоню всех поставщиков и найду, кто в долг отпустит.

Аля, слушая этот стремительный обмен репликами, чувствовала, как ей хочется плакать от благодарности. Эти люди не спрашивали "зачем?", не сомневались. Они спрашивали "как?". Идея, которая сперва казалась безумием, к полудню уже обрела чёткие контуры.

— Название — "Народный хлеб", — говорил Артём, расхаживая по комнате. — Суть — предоплата за годовую "Хлебную подписку". Уровни участия: "Булочник" — базовый набор раз в неделю; "Пекарь" — расширенный, с десертами; "Хлебный патриарх" — экскурсия на производство, эксклюзивный мастер-класс и именной сертификат.

— Мы не можем просто просить деньги! — объясняла Аля, сжимая в руках карандаш. — Это должно быть честно. Мы не благотворительность. Мы — бизнес, который борется за жизнь.

— Именно! — Артем остановился перед Алей, его глаза горели. — Мы продаём не хлеб. Мы продаём историю. Веру в то, что один человек может бросить вызов системе. Люди покупают не буханку — они покупают кусочек твоей победы.

Артем обвел всех взлгядом и заявил:

— Каждый, кто пожертвует деньги, будет получать ежемесячный отчёт — мы покажем им, куда был потрачен каждый рубль.

Мысль о такой публичности по-прежнему пугала Алю до дрожи. Выставить на всеобщее обозрение свою боль, свои счёты с бывшим мужем… Но где-то глубоко внутри эта идея отзывалась огоньком. Это была не жалоба, а шанс рассказать свою Праду и добиться победы.

— Нам нужно обращение, — сказала Аля, чувствуя, как в груди закипает решимость. — Снимем сегодня же.

Артём поднял бровь.

— Ты уверена? Тебе будет тяжело.

— Именно поэтому я хочу сделать это сегодня. Если я это сделаю, это будет правдой. Я не хочу, чтобы это был гламурный ролик. Я хочу, чтобы люди видели мои глаза. Слышали мой голос. Даже если он будет срываться.

Они работали несколько часов без перерыва. Вика продумывала уровни подписки. Аля писала текст, который хотела сказать, снова и снова переписывая его, вычёркивая жалость к себе, оставляя только факты и основной посыл. Артём строил финансовую модель, просчитывал риски, договаривался с юристом о правовых нюансах кампании. Сергей Петрович разрабатывал графики выпечки, а Настя осталась просчитать десерты. Денис с Галиной Ивановной отправились заниматься новой партией для поставки. Сергей уехал заниматься мукой, а Василия Юрьевича отправили отдыхать перед ночной сменой.

К вечеру план был готов. Пока все работали над своими задачами, Вика не теряла времени даром. С телефоном в руках она успела отснять яркие, живые кадры: Денис, сосредоточенно замешивающий тесто; Галина Ивановна, с любовью раскладывающая заготовки по формам; раскалённые печи, из которых золотым потоком выезжают румяные буханки. Получился настоящий гимн их общему делу — без прикрас, но с душой.