Книга Развод. Испеку себе любовь, страница 44 – Яна Марс

— Алёна Игоревна, я... я не справляюсь один. Нужен ещё один пекарь. Настоящий.

Аля посмотрела на него. Он был прав. Романтика кончилась. Начинались будни. Суровые, тяжёлые, но единственно возможные.

— Я понимаю, — грустно кивнула Аля. — С завтрашнего дня я усилю поиски. Ищем не просто пекаря. Ищем единомышленника.

Она вышла на улицу. Было темно и тихо. Слава отступала, оставляя после себя не разорение, а чёткое понимание: чтобы остаться собой, иногда нужно иметь смелость сказать "нет" даже тем, кто тебя любит. Или думает, что любит. Потому что единственный способ выпечь по-настоящему хороший хлеб — это делать это без суеты. Даже если весь город ждёт его у твоих ворот.

Решение Ильи перевести Соню в школу в Сосновске было обставлено со свойственной ему деловой логикой.

— Я теперь большую часть времени провожу здесь, на стройплощадке нового объекта. Возить её каждый день в Москву — терять по три часа на дорогу. Неэффективно. Да и ты здесь, — он произнёс это так, будто делал Але одолжение. — Так что все в выигрыше.

Он не упомянул, что теперь сможет контролировать их обеих в радиусе одного городка.

В тот день телефонный звонок раздался среди бела дня, заставив Алю вздрогнуть. На экране горело «СОНЯ». Она редко звонила сама, особенно в такое время.

— Мама... — тихий, дрожащий голосок на другом конце провода заставил сердце Али сжаться.

— Солнышко, что случилось?

— Папа... папа забрал меня из школы. Сейчас. — В её голосе слышались слёзы. — Мы даже не доиграли на перемене... Я не успела отдать Кате её фломастер... И я не попрощалась с Марком, мы же с ним в одном проекте...

Она говорила путано, захлёбываясь, и Аля сквозь её слова ясно видела картину: решичная фигура Ильи в дверях класса, смущённый взгляд учительницы, и её маленькую дочь, в спешке собирающую портфель под укоризненным взглядом отца. Он не просто переводил её в другую школу. Он одним движением обрывал все её детские связи, не дав даже возможности осмыслить потерю.

— Он сказал, что так надо... что здесь школа лучше... — Соня всхлипнула. — А я не хочу, чтобы здесь было лучше! Я хочу, чтобы было как раньше!

Аля слушала, сжимая телефон так, что костяшки пальцев побелели, и в её душе закипала беспомощная ярость. Она не могла ничего изменить в тот момент. Она могла только слушать, как грустит её дочь, разлучённая с привычным миром по воле человека, считавшего, что он всегда прав. Этот звонок стал для Али ещё одним горьким напоминанием — её битва шла не только за дом или бизнес. Она шла за право дочери на простые, человеческие моменты: на прощания, на обещания вернуть фломастер и на возможность доиграть ту самую, самую важную перемену.

И именно поэтому сегодняшнее утро было таким важным. Аля, договорившись с новым классным руководителем, специально привела Соню на небольшую экскурсию в новую школу. Они прошлись по светлым коридорам, заглянули в просторный класс, и Аля показала дочери спортивный зал и актовый зал с большей сценой.

— Вот здесь ты будешь учиться с сентября, — мягко говорила Аля, сжимая её руку. — Здесь у тебя появятся новые друзья. И мы с тобой будем приходить сюда вместе, каждый день.

Она пыталась не просто показать новое здание, а заложить в хрупкое сознание дочери семя уверенности, что это — не место изгнания, а начало новой, хорошей главы, которую они напишут вместе.