Книга Черные галстуки и невинная ложь, страница 160 – Кэт Синглтон

Бэк будто знает, что я близко. Он толкается в меня еще глубже, знает, что мне нравится эта грань между болью и удовольствием.

— Да плевать, – говорит он. – Куплю еще. Кричи мое имя, малышка.

Я делаю, как мне велят. Его имя эхом отражается от стен, мы оба доходим до разрядки. Бэк замедляется, входя и выходя из меня, пока не замирает окончательно. Я роняю на него голову и пытаюсь отдышаться.

Бэк может жестко драть меня и заниматься со мной любовью параллельно. Ноги еще трясутся от волны оргазма.

Он убирает волосы, которые упали мне на лицо. В его взгляде столько любви и обожания. Он молчит, но его глаза говорят столько всего.

Бэк проводит большим пальцем по моей щеке:

— Я же уже говорил тебе, что люблю тебя?

Я улыбаюсь и прислоняю свой лоб к его:

— Может, и говорил. Но стоит сказать еще раз.

— Я люблю тебя, Марго Моретти. Я так люблю тебя, что схожу с ума.

— Меня это устраивает, – признаю я.

— Отлично. Потому что прекращать я не собираюсь.

Я бросаю взгляд на свою картину.

— Знаешь что?

— Что?

— Я люблю тебя настолько, что в будущем вижу только тебя.

Он выдыхает с таким облегчением, что аж в груди колет. Мне так жаль, что он столько времени гадал, люблю ли я его, смогу ли хоть что-нибудь к нему чувствовать. Теперь каждый день я буду доказывать ему свою любовь. Он этого заслуживает. И я с нетерпением жду начала этой жизни.

— Значит, однажды ты все-таки станешь миссис Синклер?

Я улыбаюсь и целую его в губы. Я готова снова надеть его кольцо на палец – чтобы весь мир знал: мое сердце навсегда отдано ему.

— Уж надеюсь!

Эпилог. Бэк

Три месяца спустя

Я смотрю на восхищенную толпу. Ко входу уже выстроилась очередь, а ведь двери не откроют еще примерно час.

Я прижимаю к груди букет и иду к заднему входу галереи. Я не видел Марго уже несколько часов – сильно дольше, чем мне бы хотелось. Но у нее куча дел перед открытием выставки, и я не хочу лишать ее этого опыта. Как только показ закончится, Марго освободится, я запру ее в спальне и буду брать плату за потерянное время.

Охранник машет и пропускает меня внутрь. Мое лицо уже здесь узнают, потому что, с тех пор как Марго и Кэмден договорились о сотрудничестве, я не раз сюда приезжал.

Все началось с одной картины. А потом, очень скоро, Кэмдена завалили вопросами, где и когда еще посмотреть работы его новой художницы. Кэмден умолял меня упросить Марго закончить картины поскорее, чтобы он мог планировать под нее отдельную выставку.

Она с трудом восприняла перемены. Возможно, потому, что я ее уволил.

Я улыбаюсь людям на первом этаже галереи, которые устанавливают велком-зону для вечеринки. Показ должен был быть закрытым, только для VIP-гостей, но Марго долго уговаривала Кэмдена открыть двери для всех желающих.

Он согласился. Моя девочка умеет быть настойчивой. VIP-гости пройдут внутрь за час до того, как сюда пустят всех стоящих в очереди людей. Марго вот уже несколько недель сходит с ума, боится, что никто не захочет покупать ее картины.

Она еще не знает, что первый покупатель у нее уже есть. Я.

Я поднимаюсь на второй этаж и замираю, потому что вижу ее.

Марго Моретти.

Предмет всех моих желаний вот уже несколько лет.

Она меня еще не заметила, дала мне возможность со стороны полюбоваться женщиной, в которую я так влюблен. Когда она снова ворвалась в мою жизнь в Хэмптонс, я уже знал: сделаю все, чтобы она была моей. Да, метод я выбрал, строго говоря, необычный, но о своем выборе я не жалею. Кто знает, чем бы все закончилось, если бы она тогда взяла трубку? Если бы я не решился слить личную информацию про моих женщин в сеть, если бы не втиснул себя в ее жизнь в качестве начальника, были бы мы сейчас в этой точке? И знаете? Меня более чем радует текущее развитие событий.