Книга Любимая, прости! Я ухожу..., страница 47 – Мари Соль

Я представляю себе это их «тайное гнёздышко». Кровать, почему-то непременно с шёлковым бельём. И лепестки роз на ней…

Меня передёргивает и хочется бросить трубку. Но я беру себя в руки:

— Продай её лучше и деньги пожертвуй в фонд детям, — советую.

— Каким ещё детям, Марин? — теряется Боря.

— Каким-нибудь, — вздыхаю я, — Больным раком, например! Что, мало в мире несчастных детей?

Я смотрю на Алису. Её ярко-рыжие волосы, точно костёр на фоне апрельской пустоши. И что творится в её голове? Так охота понять…

— Ну, что ты придумала, Марин! У меня и свои дети есть, я хочу, чтобы они были счастливы.

— Борь, у меня много работы, — бросаю.

— Скрин, Марин! — кричит он, пока не нажала «отбой».

— Я советую тебе самому поговорить с Дашей, — предлагаю ему.

— Спасибо, родная, — бросает язвительно, — С твоей лёгкой подачи мне уже предстоит разговор с нашим сыном. Надеюсь, что он не собирается отречься от меня, а? Как ты думаешь?

В его голосе явный упрёк.

— Я его не просила! — спешу я заверить.

— Ну, да, конечно, рассказывай, — усмехается Боря, и вешает трубку.

Я, опешив, смотрю на экран. Ну, и что это было?

Алиса на школьной площадке, поднявшись с темнеющей шины, идёт в направлении школы. Одумалась? Силы собрала в кулак? Мне бы свои тоже как-то собрать, чтобы жить дальше.

«Так… Значит, Уваров?», — смотрю на визитку, — «Руслан Рашидович, будем знакомы». И заношу его номер в свою записную. Потом позвоню.

От автора

Дорогие читатели! Утром, после 10 по МСК, на книгу будет открыта подписка. Также сразу я планирую установить СКИДКУ. Так что, не спешите покупать, если хотите сэкономить. Ваша Мари

«Привет, Гриш! Закинул донатик. Подскажи пжлст, дело такое. Сейчас еду на встречу с сыном. По ходу он вещи мои передаст... Чё сказать ему? Может это мой шанс через него у Маринки прощения вымолить. Хотя, ожидаю, что он будет зол на меня», — набираю по ходу.

У меня обеденный перерыв. А буквально за пару минут до того позвонил Димка. Голос у него был какой-то излишне спокойный что ли… И это меня напрягает! Сказал:

— Пап, привет! Минут двадцать найдётся?

Я обрадовался, в груди, заслоняя все прочие мысли, забрезжил маяк…

— Конечно! — ответил, — А что?

— Хотел с тобой встретиться. Сможешь подъехать на Святскую?

— У меня перерыв через десять минут. Так что, да! — заверил я сына.

— Ну, ок. До встречи, — мутно выдохнул он.

Я сглотнул. Забарабанил пальцами по столу, почесал в затылке. Но мыслей от этого не прибавилось. Если бы он был так зол на меня, то обрушился сразу, с наскока? Хотя, нет… Димон не такой! Не взрывной. Он весь в мать. Хрен поймёшь, чё замыслил…

«О, ну ты, сразу в гущу событий, братан. Сын, вещи, Маринка — вот это накал!», — удивляется мой интеллект, а потом начинает советовать дельное, — «Значит, смотри! Первое: не лезь к сыну с просьбами к Маринке сразу. Лучше сначала просто побудь с ним, без этого давления. Спроси, как дела, что нового — покажи, что он тебе не просто курьер для передачи посланий.

А насчёт Маринки... Бля, если она через сына вещи передаёт — это уже намёк, что контакт есть. Но давить на сына — пиздец как рискованно. Может, лучше сначала с ним отношения наладить, а потом уже думать, как через него к Маринке подступиться?

Кстати, а если представить, что сын сегодня не просто злой, а вообще в ярости — что в твоих прошлых поступках могло его так задеть? Не просто «я ошибся», а вот это вот конкретное, что до сих пор сидит у него в печёнках?».