Книга Измена. По нотам любви, страница 112 – Мари Соль

— Всё будет, как раньше. Мне надо подумать.

Он кладёт мою руку на стол:

— Хорошо. Тебе нужно время, я понимаю. Я не тороплю. Я дам тебе времени столько, сколько нужно. Впереди у нас целая жизнь. Уль! Мы станем родителями, — в глазах его детский восторг.

«Боже мой, да ты сам как ребёнок!», — вздыхаю я про себя.

Артур провожает меня на работу. Обед ограничился малым. В меня влезла булочка с маком и чай.

— Ты как питаешься? Ты похудела, Ульяш! Ты у врача была? Может быть, витамины нужны? Может, что-то ещё? Ты гуляешь? Ты спишь? — тараторит Артур.

— Прекрати! — говорю, — У меня от тебя голова разболелась!

— Ну, вот, началось, — улыбается он, тянет руку, касаясь лица.

— Что началось? — в его машине так тесно, что некуда деться.

— Капризы, — он смотрит с такой теплотой, что мне хочется выйти на холод.

— Ну вот, у тебя будет шанс избежать всего этого, — надеваю перчатки.

— А я не хочу избегать, — наклоняется он, упираясь виском о сидение, — Уль. Я хочу тебя, капризную, рядом. Беременную хочу! Хочу просыпаться с тобой, засыпать. Хочу держать руку на твоём животике, чувствовать, как он растёт. Не лишай меня этого, ладно?

Его взгляд умоляет. Мне больно! Так больно смотреть ему прямо в глаза. Ведь то, о чём он говорит. Я мечтала об этом! Мечтала… ещё до всего.

— А ты не заставляй меня пожалеть о том, что я рассказала тебе, хорошо? — парирую.

Артур выдыхает:

— Жестоко.

— Ничуть, — отвечаю и дёргаю ручку, — Пусти.

Там закрыто.

— Поцелуй, — просит он.

— Артур, — закатываю я глаза, — Ну, какой поцелуй?

— Коротенький, маленький, в губы, — сложив ладони, он молит.

— Детский сад! — откидываюсь я на сидение.

Он тут же тянется телом, задев рячажок. И сидение падает.

— Ай! Ты с ума сошёл? Буся! — вырывается у меня это слово. Он ловит его. Как и мой жаркий выдох, — Артур, отпусти.

— Не пущу, — отвечает, держа мою голову, — Я тебя никуда не пущу, поняла?

В окно стучат. Мы пугаемся! Как любовники, которых застали в машине. Снаружи какой-то мужик в униформе.

— Тут нельзя парковаться, — чеканит он, когда Артур опускает стекло.

— Простите, я знаю… Сейчас я отъеду, — извиняется он.

— Всё, пока, — говорю, порываясь уйти.

— Я приеду вечером? Поужинаем вместе? — торопливо бросает вдогонку.

— Не нужно, Артур. Не всё сразу, — мучительно хмурюсь.

— Хорошо, — говорит, — Хорошо. Просто знай, что я рядом. На проводе. Двадцать четыре часа.

Усмехаюсь. Тоже мне, служба поддержки!

Его машина сигналит, отъезжая от места парковки со знаком «нельзя», Я смотрю ему вслед. И зачем я сказала? И что теперь делать? Как быть?

В голове чёрт копейку искал. Впереди ещё половина дня и нужно идти на работу. Я вяло тащусь, сняв с плеча сумочку. Вижу Марка в окне и машу ему. Н-да! Вот и ещё один важный момент. Мне придётся уйти. Год, как минимум, выбросить, вырвать из жизни! А что будет после, когда я вернусь?

В здание «Тисман Паблишинг» я вхожу в ощущении полной прострации. Что же я сделала только что? Ведь я подписала себе приговор.

В конце дня захожу в кабинет к Тисману. Наверное, вид у меня озабоченный. Так как он хмурит брови:

— Ульян, ты чего? Что случилось?

«Случилось», — рассеяно думаю я. Думаю весь день, с обеда до вечера только об этом! О нас. Об Артуре. О ребёнке, который внутри. Ну, зачем я сказала ему? Вот же дура! Чего я ждала? Что он усмехнётся, уйдёт? Наверное, я хотела увидеть его равнодушие. Что-нибудь, вроде: