Книга Измена. По нотам любви, страница 92 – Мари Соль

— Вы молодая ещё, найдёте другого, — бросает Кирилл, осекается, — В смысле… Простите, Ульяна! Я не хотел вас обидеть.

— Да вы не обидели, — улыбаюсь ему. Улыбаюсь не слишком широкой улыбкой. Так как скулы пока чуть болят. Под глазами остаточный след синяка. Но уже не такой, как был. Проще замазать…

— Ну, я надеюсь, что вы не бросите нас? Наш проект? — поднимает глаза.

— С какой стати? — спешу успокоить, — Наоборот! У меня масса новых идей. Как вам такая? Развод между Усей и Бусей.

Кирилл усмехается:

— Ох! Это вы сценаристам скажите. Я со своей стороны, готов поддержать любую вашу идею.

— Так уж и любую? — щурюсь, насколько мне позволяет гримасничать мой пострадавший нос.

— Любую, — кивает Кирилл.

Он, любезно открыв мне дверь кафе, пропускает вперёд. Я вхожу. И мгновенно утопаю в облаке запахов! Где-то внутри поднимается горечь. Наверное, это от голода? С утра на зефирке и кофе. Нельзя так себя изводить!

Мы берём по подносу, приборы и хлеб. Я становлюсь впереди. Но, при виде печёнки, отчего-то совсем не хочу её кушать.

— В-вы знаете, Кирилл, я наверно, сегодня возьму только суп, — говорю.

— А как же гречка с печёнкой? — интересуется он, чуть склонившись.

— Печёночка свежая! Только сготовили! — произносит повариха, меня соблазнив.

Я беру. Суп и печень с гречихой. А ещё — компот и салат! Аналогичный набор у Кирилла, только вместо куриного супа — солянка.

Мы садимся за столик у окна. Здесь недорого и очень вкусно. Приходят сюда не только из «Питер и Ко», но и из всех близлежащих офисов.

— Приятного аппетита, Ульяна, — произносит Кирилл.

Я улыбаюсь:

— Взаимно!

Мы пока с ним на «вы». Но мне как-то комфортно в его компании. Даже с Марком не так! С Марком вечно сидишь в напряжении. Ибо мысли его остаются загадкой. А Кирилл. Он весь как на ладони! Бесхитростный. По крайней мере, мне кажется так. Он простой, очень добрый, открытый, приятный во всех отношениях. Странно, что женщины нет. Хотя… С чего я решила, что нет? Нет кольца. Нет жены. А вот женщина, точно присутствует.

— Так, где планируете новый год встречать? — интересуется он, поедая солянку.

Я пожимаю плечами:

— С семьёй. У меня же родители тут, старший брат и племянник. А вы? Поедете в Питер?

— Не знаю, — бросает, — Пока не решил.

«Точно, есть женщина», — думаю я. А иначе бы точно поехал! Наверное, тут у него есть с кем справлять. Ну а я, вероятно, уже буду разведена.

Суп идёт «на отлично». Но вот когда я берусь за печёнку… Мой организм начинает чудить!

— Что с вами, Уля? Вы побледнели, — изрекает Кирилл.

А мне и в самом деле невесело. Внутри нарастает волна отторжения. И съеденный суп вот-вот выйдет наружу.

— Я… я сейчас, — сжимая горло, встаю. И несусь в туалет. Там меня вырывает обедом.

Прислоняюсь к стене. Вытираю горячие щёки. Что это? Нервы? Наверное, нервы. Уж слишком их много истрачено за последние несколько дней.

Выхожу, когда удаётся вернуть себе божеский вид.

— Ну как вы? — Кирилл поднимается, отодвигает мне стул.

— Я… нормально, — киваю, — Кирилл. Я к печёнке почти не притронулась. Может быть, вы захотите доесть? Просто… Что-то мне нездоровится. Видимо, нервы.

— Ульян, — он садится, глядит озадаченно, — Вы меня так не пугайте! Как мы без вас? Мы без вас как без рук! Вы смотрите мне, берегите себя. Хорошо?