Книга Измена. По нотам любви, страница 95 – Мари Соль

— Слушай, Ульяна. Я думаю, переписать договор. Сделать тебя полноправной хозяйкой пчёл, отдать тебе все права. Ведь ты же автор идеи.

Я хмурюсь:

— Зачем?

Он пожимает плечами:

— Чтобы ты получала весь гонорар, который удастся заработать в дальнейшем.

Я даже немного теряюсь от подобной перспективы. Конечно, заманчиво! Вот только… с чего бы?

— Марк, это излишне! Без издательства не было бы меня, а значит и пчёлок бы не было! — решаю польстить. Хотя, это — чистая правда.

— Я просто… — он опускает глаза, в руках держит ручку. Ведёт по ней пальцем.

— Что? — тороплю.

— Очень боюсь, что Куликов переманит тебя, — отвечает, отбросив.

— Я так и знала! — киваю и бью по столу.

— Я боюсь, что ты уйдёшь к нему, — добавляет с завидным упорством. Ревнует, наверное? В профессиональном смысле, естественно.

— Почему? Ну, с чего бы мне уходить? — недоумеваю.

— Ну, с того, что у него там условия лучше, современный офис и прочее, — усмехается Марк. Напрашивается на комплимент, или всерьёз комплексует?

— Марк, я никогда не оставлю наше издательство, — уверяю его, — Даже не знаю, что должно случиться такого, чтобы я решила уйти. Разве что ты уволишь меня?

— Ни за что! — отвечает, подняв наконец-то глаза. В них угроза, упрямство и что-то ещё. Но пока непонятное…

— Ну вот, — говорю.

Марк, сглотнув, произносит:

— Знаешь, Ульян… Я кажется, совершил большую ошибку.

— Где? В отчёте? — склоняюсь к столу. И даже чувствую себя виноватой немного. Ведь это же я отвлекала в последнее время своей ерундой. Как сказать? Ерунда. Для него — ерунда, для меня — смысл жизни.

— Да нет же! В жизни. В личной, — обрывисто делится Марк.

Я даже слегка торможу, оседаю на стул:

— Какую… ошибку?

Неужели, он тоже поделится личным со мной? Приоткроет мне эту завесу своей тайной жизни. У Тисмана завелась женщина? Да неужели! А вдруг он… того. Переспал с Вероникой! Прямо тут, в кабинете, на этом столе.

От таких мыслей меня бросает в жар. Я краснею.

— Да, я пока не могу рассказать, — он машет рукой.

— Почему? — обижаюсь.

— Не могу, вот и всё! — отвечает и вновь берёт ручку.

Я кусаю губу. А ведь правда была уже рядом. Наверное, он не созрел? Я ещё не заслужила доверие Марка Тисмана? А что нужно сделать, чтобы его заслужить?

— Вот видишь, какой ты? — я хмыкаю, — Я тебе про свои ошибки рассказываю.

Тёплый взгляд, чуть скользнувший по мне, уверяет, что он не в обиде. Марк улыбается:

— Ты как ребёнок, Ульян.

— Станешь тут с вами! — встаю. Собираю эскизы и фотки.

Марк прощается, как-то задумчиво глядя мне вслед. Ухожу, и не знаю, о чём в это время он думает…

А Марк, стоит мне выйти, подходит к окну, нежно трогает листик Шарлотты. Перед мысленным взором его в это время проносится ночь. За которую он ненавидит себя! Но которую он не сумеет забыть, как бы он ни пытался.

Вспоминает мой запах. И нежность податливой плоти. И то, как она раздвигалась навстречу ему. Я шептала:

— Артур, — он велел мне молчать. Велел нежно, и всё делал так осторожно и бережно, словно боялся, что я вдруг очнусь, протрезвею в тот самый последний момент и пойму, и увижу. И тут же уйду навсегда! Из издательства — это не самое страшное. Уйду навсегда из его личной жизни.

— Прости, — шепчет в этот момент, из окна глядя на то, как я удаляюсь.