Книга Капкан Бешеного, страница 29 – Мария Зайцева

Они просто материализуются ниоткуда.

Буквально.

Моргаю — и вот они! Двое из ларца!

— Ирина, прошу вас вернуться в квартиру, — вежливо и холодно говорит один из них.

— Что? — мне до такой степени это удивительно сейчас, что даже кажется, будто ослышалась. Или они ошиблись. Явно не ко мне шли!

— Вернитесь в квартиру, Ирина, — настойчиво повторяет мужчина.

Ко мне шли, получается. Имя знают.

Значит, что?

Значит, это — охрана Демида Игнатьевича!

И у них приказ: меня не выпускать.

Последнее доходит вспышкой! И меня начинает трясти. Почему-то. Понимаю, что как-то неправильно реагирую, что надо собраться и объяснить, что я никуда не собираюсь, не дура же я, в халате и тапках убегать!

Крикнуть курьеру, наконец, чтоб поднимался и показал, что я всего лишь пиццу хочу!

Но вместо этого я сжимаю кулаки и, злобно глядя на высоченных мужиков снизу вверх, потому что, несмотря на то, что я на две ступеньки выше стою, все равно они существенно возвышаются, начинаю шипеть злобно:

— По какому праву вы командуете тут? Если я хочу уйти, я уйду! Я не в плену!

— Нет, конечно, — невозмутимо отзывается второй мужчина, — просто сейчас вам надо вернуться в квартиру.

— А если не пойду? — ох, сколько ярости во мне! Разрушительной! Кажется, подпрыгну сейчас и вцеплюсь ногтями в физиономию, полную уверенности в собственной праве командовать мной!

Краем сознания проплывает, что я веду себя, как полная неадекваша, но мозг как-то избирательно работает сейчас.

То есть, вообще никак.

Мне хочется указать этим придуркам, что я — свободна и могу уйти.

И что с места не сдвинусь!

Именно это взглядом и позой демонстрирую.

Правда, до охранников мои невербальные и вербальные посылы не доходят совершенно.

Они просто стоят, загораживая мне проход.

— У нас есть приказ от Демида Игнатьевича, доставить вас обратно.

— Что? Да что он о себе думает???

Я все же срываюсь на крик, а мужики, переглянувшись, действуют слаженно. Один молча подхватывает меня на руки, а второй обходит нас и топает впереди.

— Пустите! Немедленно! Я полицию!.. — я уже вовсю кричу, извиваюсь в жестких руках, пытаясь достучаться до этих дуболомов!

— Не стоит, — ровно отвечает мне тот гад, что тащит меня обратно в квартиру Демида Игнатьевича, причем, делает это легко очень, хотя я сопротивляюсь, бью его по плечам, пытаюсь достать до мрачной физиономии ногтями, но он как-то очень ловко и опытно перехватывает мои запястья, даже не спуская меня с рук и не тормозя, и обездвиживает полностью.

В квартиру меня доставляют мгновенно.

Аккуратно ставят на ноги.

Отступают.

Я в бессилии подтягиваю ворот халата, позорно сползший с плеч, и смотрю на этих, двоих из ларца.

— И что мне помешает выйти, когда вы уйдете?

Они снова переглядываются, на лицах наконец-то проявляются легкие признаки эмоциональной активности: удивление.

— Мы помешаем, — коротко отвечает один из них.

А после, не дожидаясь, пока мой обескураженный мозг придумает, что отвечать, выходят за порог квартиры.

Я тут же бегу следом, открываю дверь и вижу их, почетным караулом расположившихся неподалеку.

Встретив полный холодного равнодушия взгляд одного из охранников, злобно хлопаю дверью.

И приваливаюсь к ней с обратной стороны, ощутив легкое головокружение.

Твари какие!

Я пиццу хочу!