Книга Заложница Иуды, страница 46 – Игорь Толич

— Сабрина, я... — начал он.

Но я заставила его замолчать поцелуем.

Поцелуем, который отнёс нас туда, где мне ещё не исполнилось восемнадцати, а он был прекрасным тридцатилетним богачом — тем, кто однажды протянул мне руку и вытащил из ада нищеты и голода.

Был ли у меня шанс устоять тогда?.. Нет. Ни тогда, ни сейчас.

Я с трудом вырвалась из его объятий. Мы замерли, лбами прижавшись друг к другу.

— Завтра же я вылетаю в Канкун, — сказал он тихо. — Обещаю: я сам всё узнаю. Подниму на уши всех.

Я подняла на него глаза, в которых читалась любовь, страх и отчаяние.

— Я спасу нашу дочь, — твёрдо сказал Андреа.

— Нет. Эва — моя. Только моя. Мы договорились. Помнишь? Тереза — твоя. Евангелина — моя. И мы — в расчёте.

— Сабрина…

Я вжалась в него ещё сильнее. Слёзы текли по щекам.

— Андреа, мы — ужасные люди. Но пусть наши грехи останутся на нашей совести. Девочки не должны ничего узнать. Никогда. Никогда. Ни Эва, ни Терри. Никто.

В этот момент дверь на кухню с грохотом захлопнулась. Мы резко отпрянули друг от друга. А затем раздался звук быстрых шагов, уходящих прочь в темноту усадьбы.

Я почувствовала, как воздух вокруг меня стал плотным, тяжёлым, словно насыщенным огнём. Казалось, ещё мгновение — и он вспыхнет прямо в лёгких. Руки Алехандро на моём теле, его прерывистое дыхание у самого уха, его обжигающая близость — всё это сводило меня с ума от страха и чего-то ещё, не менее разрушительного. Я боялась его. Я трепетала перед ним. Но в самой глубине души что-то упорно сопротивлялось — не позволяло этому страху полностью меня поглотить.

И ещё... в этом безумном водовороте эмоций скрывалось нечто такое, что я боялась даже мысленно назвать. Никогда прежде не испытывала подобного. И ужасалась самой мысли, что часть меня будто бы добровольно отдавала власть в руки этого зверя, покорялась ему, сдавалась в плен и принимала всё уготованное им как данность.

Что это? Как это объяснить?..

Но на фоне всех этих эмоциональных вихрей опасность, исходившая от Алехандро Герреро, ощущалась ещё сильнее и ярче. Он излучал напряжение, словно вулкан перед извержением, и я, к своему ужасу, уже понимала, почему…

Когда его губы едва коснулись моего лица, время застыло. Вселенная затаила дыхание вместе со мной.

И тут я почувствовала движение — едва уловимое скольжение невидимой тени по моей шее. Она даже не прикоснулась ко мне, но её присутствие затуманило сознание, заставив внутренне содрогнуться.

Одно только движение...

И мои колени подкосились. Голова загудела, закружилась, в лёгких будто застрял ком воздуха. Я едва не закричала. В этот момент резкий металлический звук рассёк тишину. Что-то упало на палубу и, лязгнув, проскрежетало по полу.

Алехандро отшатнулся, а я с болезненной жадностью вдохнула воздух. Тело тут же обожгло болью — как будто я до этого слишком долго была под водой. Оглянулась вокруг и замерла: на полу, буквально в паре шагов от меня, лежал нож. Клинок сверкал под светом луны, обнажая смертоносную остроту.

Я вцепилась в перила, чтобы не упасть, и стояла так несколько минут, глядя на этот зловещий предмет. Алехандро исчез. И его отсутствие резануло по сердцу подобно смертоносной стали.

Этот человек... этот Иуда собирался убить меня. Но в груди пылал ещё один, более жгучий страх — страх того, что он меня оставил в живых, хотя я уже была готова к смерти. Обида и ужас боролись внутри, разрывая меня изнутри. Я заставляла себя дышать, чтобы не задохнуться.