Книга Сдавайся снова, Александрова!, страница 10 – Лина Коваль

— Правила все помнишь, Чума? - спрашивает Александров, все еще с опаской на меня посматривая.

Я деловито пригубляю настоечку. Вкусная, насыщенная, мозгоуносящая. Зря, наверное, я ее предложила.

Илья все больше и больше кажется мне симпатичным, хотя после развода я видеть его не могла.

— Оль?

— Разволновалась что-то, - касаюсь горящих щек.

За пятнадцать лет брака мы выработали свои правила игры.

Забыла ли я их?....

Вряд ли.

Странно, что он не забыл!

— Играем по очереди, - говорю серьезным тоном. - Раздаем по две карты, затем ставим ставки. У кого выпадает двадцать одно, тот забирает обе ставки себе. Если не у кого - каждый остается при своем. Блефовать… - многозначительно поднимаю брови, - можно, повышать ставки - можно, страховать свою ставку - не возбраняется, только в этом случае можно все потерять.

— Есть еще сплит, - напоминает Илья. - Если карты приходят одинаковые по количеству очков, их можно разделить на две руки и разделить ставку.

— Да… Разделить на две руки ты особенно любил…

Он сжимает зубы, спокойно принимая удар.

Я корю себя. Ну зачем это ворошить сейчас?...

— И еще можно сдаваться… - он договаривает тихо.

— Ни в моем вкусе сдаваться… - возражаю.

— Это я тоже помню, Оля, - его темные глаза блестят. - Но… в этом случае возможные потери минимизируются до пятидесяти процентов.

— Я знаю! - упрямо говорю.

— Потерять все или пятьдесят процентов?

С помощью широких ладоней Илья изображает весы.

Я не смотрю, потому что не спускаю взгляда с его заматеревшего за десять лет лица.

— Мой ответ будет таким же, Александров: потерять все.

«Потому что тот, кто допустил мысль, что сможет без моей любви… уже меня потерял» - вспоминаю свои слова.

— Ладно, Оля. Не будем о грустном!... - Илья отмирает и залпом выпивает настойку. - Начнем… Я сдам первым.

— Давай, - подвигаю к себе кучку со своими «фишками».

Наконец-то и вам применение нашлось, мои хорошие, - мысленно разговариваю с красными презервативами. - Не совсем по назначению, но хоть что-то. Не с водой же дети с балкона кидают?... А у вас есть все шансы дождаться, когда близнецы подрастут и достаться им. Даже по прямому назначению.

Ох…

Тема на самом деле больная.

В сорок три уже четко понимаешь, что тебе в сексе нравится, а что совершенно не твое. Знаешь свое тело, зажигаешься с полтычка и поклоняешься богине Овуляции за обильные влажные осадки.

Проблема другая, как и у нас в Администрации: знаешь как надо, а вот реализовать совершенно некому. Исполнителей хороших в нашем возрасте ой как не хватает.

Сверстников, да даже на примере Ильи, который в третий раз подряд проигрывает мне свои «фишки», интересуют только девушки помоложе. И я его понимаю. Сниженный тургор кожи удручает.

Остаются кавалеры постарше.

Есть у меня один такой.

Валерий. В театрах, аптеках и мероприятиях по программе нижегородского долголетия он хорош, а вот в выборе цветов и в постели - не очень.

Ни его конек.

— Опять я выиграла! Сдавай! - воодушевляюсь.

Илья, молча выдает карты.

Я рассматриваю их, предусмотрительно ставлю на свою победу три презерватива, и наблюдаю, как Александров ставит не меньше десяти, пока тянусь к колоде за третьей картой.

— Двадцать одно, - радуюсь победе, забирая себе и синие, и красные презервативы. - Ой, у тебя, кажется, все фишки закончились. Как жаль! Ты ведь обычно всегда выигрываешь, - смачиваю губу пьяной облепихой.