Книга Сдавайся снова, Александрова!, страница 9 – Лина Коваль

Я на правах проигравшей, тасую колоду.

Неожиданно останавливаюсь.

— Что? - Илья приподнимает брови и разливает настойку.

— Как ты отнесся к знакомству Артема с Полиной? - выпаливаю быстро. - Всегда хотела спросить. Только честно.

— Я тебе никогда не врал.

— Александров, хватит… Мы снова поругаемся. На этот раз навсегда.

— Просто напомнил, - улыбается по-доброму. - Полина… Хорошая девушка. Конечно, разница в возрасте напрягла, но Артему нужна была такая - боевая подруга.

— Согласна.

— Напрягал ее бывший. Идиота кусок.

— Да, я тоже беспокоилась. Ну и честно… если честно и между нами, - придвигаюсь к столу и понижаю голос до сравнительно тихих децибел. - Я беспокоилась, как Тема будет взаимодействовать с ребенком. Мне по-матерински хотелось, чтобы он женился на девушке без детей. А еще я переживала, смогу ли я полюбить этого мальчика. Особенно сильно это проявлялось, когда Полина забеременела двойней.

— Меня больше смущал выбор имен, - усмехается Илья и, откинувшись на спинку стула, складывает ладони на груди и вытягивает ноги.

Я тоже ужасно хихикаю. Всему виной облепиха.

Старший сын Полины - Соломон, и невестка планировала распространить любовь к редким именам и на наших внуков.

— Ты о том, что она хотела назвать малышей Порфирий и Корнелий.

— Нет, - темные глаза округляются. - Я сдался на Науме и Родионе. Даже не думал, что там дальше были варианты похлеще.

— Их много было на самом деле, - смеюсь, потирая шею сзади. - Знаешь, с годами я научилась сразу не возражать, чтобы не ругаться…

— Рад, что все-таки научилась, - Илья опрокидывает содержимое стопки в себя и смачно закусывает долькой мандарина. - Сдавай давай, говорю.

Я выпрямляю плечи.

— Что-то скучно играть без интереса, - замечаю, разглядывая карты, и незаметно прячу туз под искусственную зелень в горшке.

Илья подвоха не ждет, поэтому пожимает плечами.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Денег у меня с собой нет.

— У меня тоже нет налички.

— Фишки?...

— Где-то были, - я озираюсь. - Но вряд ли найду сейчас, после ремонта.

— Значит, надо придумать что-то вместо них, - Александров продолжает меня разглядывать.

— Да… - напрягаю память, изображая из себя невинное, не мухлюющее лицо. - Точно! - вскакиваю со стула, шулерски прихватывая еще одного туза.

По дороге в спальню прячу его надежном месте, куда Александров точно не доберется - в силиконовую вставку на груди.

В ногах и в животе разливается приятное тепло и небывалая легкость.

— Вот, - приношу подарочную коробку и ставлю ее в центр стола.

— Что это?...

— Наши фишки, - торжественно заявляю и отбрасываю крышку в сторону.

Илья наклоняется и… замирает.

А потом хохочет.

— Блядь.… - медленно, почти по буквам, сквозь смех произносит.

— Сам такой! - обиженно взмахиваю волосами… и начинаю распределять презервативы на две кучки.

Их тут примерно больше ста и вот везение - фольгированные упаковки как раз двух цветов. Красные и синие.

— Это мне Аленка с Милашкой подарили, - зачем-то оправдываюсь, сдувая пряди с лица и внимательно считая. - На сорокалетие…

«Чтоб потрахалась!» - заявили мне подружки без всякой иронии, но это я Илье не рассказываю.

Вот еще.

Обойдется...