Книга Сдавайся снова, Александрова!, страница 27 – Лина Коваль

Шины тоже ворчат. С пробуксовкой вминая свежевыпавший снег в асфальт.

Че приперся-то в Администрацию со сранья? Позвонил вчера соседу Леньке с третьего этажа. Раньше с ним можно сказать дружили под хоккей и «беленькую».

Говорю:

— Не видел там мою?

— О, Илюха. Здорово, - ответил Леонид. - Ольгу-то?

— Ольгу.

— Видел-видел. С седым бородачом прикатила с час назад.

Вот он значит какой - Валерон Большемашинович!

Седой и бородатый, как Дед Мороз.

— Я правда не видел, куда он потом делся, - Ленька продолжил. - «Локомотив» нашему «Торпедо» такую атаку устроил, что я Ольгу твою из виду потерял. Как наши шайбу. Вместе с цветами…

Там еще и цветы были?

— И что? Хорошие?

— Ольга-то со своим?

— Цветы!

— Аааа… Хорошие! Букетище! Хоть подметай! Я своей такой только на рождение сына дарил…

— Ясно, - зубы скрипнули, как снег под колесами.

— Так что вот. А ты чего интересуешься? Достает?

— Кто?

— Бывшая-то.

— А? Нет. Я ее.… - отмахнулся. В голове вдруг мелькнула полезная мысль: - Кстати… А что за машина у этого седобородатого? Не видел?

— Так эта… со смешным названием… Во! «Шкода». Октавия, кажется.

— Октавия? - поерзал на сидении.

Не так уж тут и тесно.

— Да. Точно - седан.

Ну, Соломон!

— Ладно, Лень, - попрощался я.

И все ночь думал, как быть.

Если бы можно было дать совет молодому поколению, я бы сказал, что главное - не рубить с плеча. По молодости, а может, от усталости и от зашоренности обычно всем море по колено. Принципиальность зашкаливает.

В конце концов, для спуска на дно водоема требуется аж три человека, помимо водолаза: руководитель, страхующий и замещающий, а после свадьбы муж с женой остаются вдвоем. Ни подстраховать, ни покараулить.

Сложно.

После рождения Насти как-то постепенно все изменилось. Год, два, три… Это ведь не за день происходит. Тут не договорили, тут замолчали, обиду затаили, там недолюбились - выходит оказия.

Люди с течением жизни отдаляются - вот она человеческая трагедия.

Оля ни с того, ни с сего начала ревновать… Как сумасшедшая.

Приезжаешь со сборов или командировки, а дома тебя принимают как на государственной таможне - с досмотром и спущенными с цепи собаками.

Кому такое недоверие понравится? Будто накручивал ее кто. Ставлю сотку - любимая теща постаралась. Без нее еще ни один пиздец в жизни Ильи Александрова не обходился.

Отшучивался, успокаивал как мог, но Олю, мою Чуму - дерзкую, независимую, веселую - словно подменили. И внешне, кстати говоря, тоже. Любое предложение заняться ни красотой, а хотя бы собственным здоровьем, она воспринимала в штыки.

Так прошло еще несколько лет.

Ситуация ухудшалась. Принимала форму чрезвычайного положения. Домой порой идти не хотелось, ночевал в управлении, выдумывал причины, чтобы не появляться.

Силы были на исходе.

Любовь - казалось… умерла.

В один день не выдержал, нервы окончательно сдали. Я тоже человек. Пусть и с членом. Сказал ей выбирать: «Или Оля верит и больше не мучит подозрениями ни меня, ни себя, либо я уезжаю в длительную командировку на новые территории - передавать опыт молодняку. Как раз руководство попросили. Условия вполне приемлемые: домой стал бы приезжать в отпуск и по праздникам. С детьми - родители помогут. Да и они уже не маленькие. Так, за нашими ссорами и Настя до школы доросла».