Книга Сдавайся снова, Александрова!, страница 25 – Лина Коваль

Открываю первое попавшееся фото Ильи и проверяю «Мне нравится».

Быстро нахожу «новеньких».

Одна из них - стройная шатенка Алена Ардова.

Сразу в десяточку, потому что местом работы у Алены значится: «Управление МЧС», а еще она «в разводе».

Мозг быстро анализирует информацию.

Двадцать шесть лет, детей нет, из увлечений - кундалини-йога. Александрову повезло.

Вполне симпатичная - это чисто объективно. Только уши торчком. Это, кстати, тоже.

Страницу свою Алена ведет довольно активно. Сегодня к примеру «отмечает долгожданное повышение коллеги». Сначала - фото из офиса с наполненными чем-то пузырьковым и розовым бокалами, затем - веселье перетекает в караоке-бар.

Последнее фото привлекает красивыми мужскими руками на руле, в центре которого красуется металлический значок «Фольцвагена».

«Спасибо тебе» - так подписано.

Да уж.

Окончательно расстраиваюсь.

Подушка совершенно точно под замену, потому что даже после смены постельного белья, хранит в себе запах из прошлого, который я довольно долго истребляла. Из своей квартиры, из жизни, из себя…

Заснуть не успеваю, телефон вибрирует от звонка. Я предусмотрительно нажимаю на аудиозвонок. Для видео я сегодня слишком разбита.

— Олька! Ну ты как там? - спрашивает Лидка. Голос бодрый. В Нью-Йорке еще разгар дня.

— Привет. Я… нормально.

— Так что ты там говорила про Илью?

— Ничего. Ложная тревога…

— Да неужели! Одумалась! Но у вас что-то было?

— Ничего не было!

— Ох Оленька, что-то ты темнишь…

— Нормально все, Лид. Как там у вас дела? Как Матвей?

— Он теперь Мэтью, - она смеется. - Вырос очень, Оль. К десятилетию готовлю целую вечеринку. Все по-взрослому: санкционная кока-кола и километр из пицц. Пицца здесь вообще - национальная еда. Но я за семь лет привыкла.

— Соскучилась по вам, - вздыхаю.

— Я тоже. По тебе и по девчонкам… Ностальгия накатывает… Со школы ведь с вами вместе. Столько пережили вместе…

Разговор неловко умолкает и я устало прикрываю глаза. Тишина пустой квартиры вдруг пугает. До свадьбы Настя жила со мной. Сейчас надо привыкать к тотальному одиночеству.

— Оль… - Лидка зовет. Становится серьезной. - У тебя все хорошо?

— Как обычно. Нормально… Я не жалуюсь.

— Я иногда жалею, что все тебе рассказала. Чувствую себя свиньей. Это такое ужасное, мерзкое чувство. И в церковь ходила, и к психологу, и на антидепрессантах сидела. Ничего не помогает.

— Я тебя давно простила.

— Я знаю. Ты очень хорошая, Оль, - эмоционально говорит. - А я бессовестная. Не было мамы и папы, чтобы объяснить как надо себя вести. Всю жизнь от этого страдаю.

— Ты нормальная. Я тебе тысячу раз говорила.

— Ладно. Расстроилась только сильно. Снова.

— Не надо расстраиваться. Тебе есть ради кого жить. Ты молодец. Уехала в другую страну и там со всем справилась.

— Да! Спасибо, Лель. Побегу. Надо еще Мэтту гидрокостюм забрать.

— Гидрокостюм? - хрипло переспрашиваю.

— Да! А я тебе не говорила? Начал ходить на дайвинг. Просто влюбился в воду и все что с этим связано. Так пришлось всю амуницию в Майами заказывать. В Нью-Йорке таких маленьких размеров не оказалось.

— Ясно, - грустно усмехаюсь. - Буду спать, Лид. Отличного вечера.

— Спи спокойно, Олюшка, - нежно произносит. - Люблю тебя.

— И я тебя… - Точным ударом скидываю подушку на пол.

И еще полночи пялюсь в потолок…