Книга Горько. Одобрено нейронкой, страница 56 – Лина Коваль

Я, кажется, влюбляюсь. Может быть, это и плохо… Но уж точно по-настоящему, а не фиктивно!...

— Не обижайся, пожалуйста, - говорю тихо и касаюсь согнутого локтя, который Мик тут же отдергивает, чтобы отстегнуться.

Выбираюсь на улицу и ежусь, потому что ощутимо похолодало. Осень в этом году щедра на ветра. Ершистая рябь на Волге тоже не вызывает доверия, поэтому я уже сомневаюсь в целесообразности своего ультиматума.

— Мик, - зову мужа, открывающего багажник.

— Здорово, Русские, - говорит молодой человек, поднимаясь со скамейки возле стоянки.

Запахнув плащ, разглядываю его. Явно татарин, моего возраста и приятной внешности. Несколько раз слышала, как Микула разговаривал по телефону с каким-то Камилем.

Так поняла, с коллегой. Наверняка, это он и есть.

— Подстрахуешь? - выглядывает мой муж из багажника и снимает куртку с плеч.

— Чего ж не подстраховать. Деньги всем нужны.

Я закатываю глаза.

Понятно. Ещё один.

— Сегодня в виде благотворительности…

— В смысле? - Камиль переводит взгляд с меня на своего друга и обратно.

— Здесь говорят: людям надо помогать.

— Не понял?

— Ноль денег, - Микула выпрыгивает из джинсов, и я ещё сильнее ежусь от пробирающего холода. - Так понятнее?

— Безденежная жизнь…

— Кстати… Кам, познакомься. Моя жена - Ясмина.

Я нервно улыбаюсь.

— Здрасьте, - хмурится Камиль и упирает руки в бока. - У меня дома ящик пива и телка… Надо было сразу сказать про благотворительность.

— Кам! - рявкает Русский.

— Простите-простите, - Камиль кивает мне, поигрывая бровями. - Девушка, конечно. Э-эй, - басит, увидев гидрокостюм. - «Мокряк»? Ты там на свадьбе перебухал? Температуру воды знаешь?

— Нормально все будет.

— И без термобелья? Я на такое не подпишусь.

— Нормально все будет, говорю тебе.

— Так, стоп, - Камиль замечает пару возле высокого джипа. - Это мы для них в благотворительности участвуем?

— Для них.

— У них тачка лямов десять стоит. Веет какими-то махинациями…

Микула закрывает багажник и водружает на плечо баллон.

— Кам, просто пойдем уже и достанем эти чертовы ключи. Если я вообще их найду.

— Да, задачка не из легких…

— Помнишь, здесь пару лет назад машина под воду ушла?

— Помню. Дно не очень илистое. Думаю, управляюсь.

Даже не посмотрев на меня, Мик идет к спуску, а я понуро бреду за ним и посматриваю в сторону «растеряшек», которые уютно устроились в своей машине и поприветствовали нас, лишь помахав.

Могли бы хотя бы выйти!... Что за неблагодарные?

Дальше я испуганно наблюдаю, как мой муж, собрав десятки зевак, перебирается через перила и с упором на ноги спускается по бетонной плите к самой воде.

— Зря он туда полез, - говорит Камиль, натягивая веревку. - Ох зря.

Шлем Микулы исчезает из поля зрения.

— С такой водой нужен «сухарь»…

— А что это?

Камиль лишь на секунду переключает внимание от темной воды и удостаивает меня снисходительным взглядом.

— «Мокряк» - летний костюм, «сухарь» - зимний. Сухой значит. Там прослойка воздуха между телом и водой. Воздух как бы греет. Ну и термобелье бы надо. Так и яйца отморозить недолго, - подмигивает мне, а я нервно сглатываю.

Яйца отморозить нам нельзя!... Ну кто тянул меня за язык?...

Чтобы как-то выждать время, я прохаживаюсь вдоль набережной и пытаюсь утихомирить волнующееся сердце.

Проходит пять минут, десять, а Микулы все нет.