Книга Я тебя не хочу, страница 115 – Елена Тодорова

— Это все, конечно, очень интересно, — шепчу я. — Руки дрожат, когда осознаешь, что держишь ценнейшую историческую документацию, что сотни лет назад к ней прикасались другие люди, что сейчас она имеет не меньший вес, чем в прошлом… Однако… Это никак не приближает нас к разгадке существования и мнимого уничтожения подземелья. Есть карта сельхозугодий, карта леса, карта усадьбы, отдельная карта главного дома… Но нет карты подземелья!

— Есть, — тихо парирует Фильфиневич.

Вскинув взгляд, понимаю, что именно ее он сейчас изучает.

— Не может быть! — выдыхаю почти с благоговением. И в ту же секунду придвигаюсь поближе, чтобы посмотреть в раскрытое им полотно. — Черт… Это и правда она! — восклицаю на радостях. Далее несколько задушенно читаю примечание: — План подземелья усадьбы Фильфиневичей. Двадцатое августа одна тысяча девятьсот седьмого года.

— Нарисована примерно через месяц после дня основания. Первозданный вариант.

— Угу… Смотри, герб… Это герб вашего рода? — сиплю, всматриваясь в изображение.

— Да.

Щит увенчан дворянским шлемом с черными и фиолетовыми перьями. Это, можно сказать, по стандарту. Привлекает внимание сам щит. На синем тле изображен черный с фиолетовым отливом ворон. Смотрю в его залитый красным глаз, чувствую, как по спине крадется озноб.

— За кровь родную не устрашусь, — отрывисто читаю написанный на ленте под щитом девиз. — Жуть.

— Величие, — заявляет Фильфиневич.

— Угу. И жуть, — настаиваю я. — Смотри, сколько тут всего… — шепчу, переводя взгляд на саму карту. — Кладовая, лаборатория, тюремная камера номер один, тюремная камера номер два, святилище… — читаю, и дурно становится. Прочищая горло, хриплым голосом заключаю: — Походу, мы с тобой по центральному коридору ехали. Видишь, сколько от него мелких ответвлений. Все вглубь уходят, будто спрятаны… Боже, ну, конечно, спрятаны… Входы, смотри, — прижимаю палец к одной из жирных отметин. — Их три! Тот, который здесь, — постукиваю по карте. — И… Это гостиная??

— Большой танцевальный зал, — поправляет меня Дима. — Вход через камин… Черт…

— А третий, глянь, это же в лесу?

— Да. Каменная арка находится недалеко от пруда, — хрипит он. — Трындец, я ведь там тысячу раз был!

— Кому и зачем это нужно? Вот в чем вопрос!

— Думаю, в то время это могли строить тупо ради престижа.

— Возможно… — соглашаюсь задумчиво. — Дим, мы должны туда спуститься! — выпаливаю, едва не подскакивая на месте от охватившего разум и тело энтузиазма. — С этой картой.

— Мы что, по-твоему, можем просто взять и спиздить ее? — негодует Фильфиневич.

— Именно!

— Я уже говорил, что ты сумасшедшая, Шмидт?

— Миллион раз.

— Тогда услышь миллион первый, блядь: ты сумасшедшая!

— А ты трус!

— Что?! Рамсы-то не путай, Фиалка!

— Дим, ну харэ ломаться! Дома никого до завтра не будет. Мы спокойно спустимся в подземелье, исследуем все эти камеры и преспокойно вернем карту на место.

— Ты наивная, я гребу, — ворчит Люцифер.

— Не наивная, а оптимистка.

— Угу!

— Угу!

— Лады, блядь, — выдыхает сердито. И выставляет свои условия: — Мы спустимся. Ночью. А когда вернемся, ты мне дашь. Два раза.

Естественно, это требование приводит меня в бешенство. А еще в волнение, но… Это неважно!

— Пошел ты, Дима… — цежу с продолжением, которое он точно знает.