Онлайн книга «Я тебя не хочу»
|
Запихиваю папку, которую держала до этого, в шкаф и, сжав кулаки, разворачиваюсь по направлению к выходу. Совершаю четыре тяжелых и громких шага, когда замечаю лежащую на полу карточку. Сердце паузу берет. И я тоже притормаживаю. Наклоняясь, сгребаю фотографию пальцами. — Снова эта троица… — бормочу практически бездыханно. — Что за троица? — спрашивает нависший надо мной Люцифер. — Какие-то твои предки… Они же на картине… И вот… Часы, которые я украла, принадлежали ему… — показываю на мужчину. — Тогда это мой тезка. Старший сын основателя усадьбы и предприятия, — информирует Фильфиневич спокойно. — Дмитрий Эдуардович, — выдыхаю я на автомате и почти сразу же, перевернув фотографию, читаю там это же имя. А кроме него: — Альфия Назировна, АвелияДмитриевна. После имени девочки говорить не могу. Сердце какую-то новую стихию проживает. Внутри него образуется расщелина. И эта расщелина не только препятствует нормальному функционированию, но и служит источником ужасной боли. Прижимая к губам пальцы, я с трудом сдерживаю слезы. — И где эта фотка была? — спрашивает Фильфиневич. — Просто здесь, на полу? — Мм-м-гу, — выдавливаю я. И убегаю. 32 Мой ты драгоценный Нарцисс Гербариевич… © Амелия Шмидт Убегаю, чтобы спрятаться и выплеснуть фантомную боль. Не хочу, чтобы Фильфиневич видел, что я так восприимчива к судьбе незнакомых людей. Кроме того… Чем острее те чувства, которые они меня заставляют проживать, тем сильнее я беспокоюсь. Подумываю даже обратиться за помощью к Ясмин. Может, я в самом деле схожу с ума? Может, в психодромном доме Фильфиневичей ко мне прицепилась какая-то сущность? Пересекая один из хвойных массивов усадьбы, обо всем забываю. И боль, и вызванная троицей тревожность отступают под давлением более насущного беспокойства, когда я улавливаю позади себя шаги. Заметавшееся за грудиной сердце вынуждает меня тяжело выдохнуть и обернуться. Никого. Суетливо бегаю взглядом от куста к кусту, от дерева к дереву, от тени к тени. Задушенно вскрикнув, вздрагиваю, реагируя на резкий взлет какой-то птицы. В опасении, что зрение искаженно из-за переполнивших глазницы слез, бешено моргаю. Никого. Но ощущение чьего-то присутствия настолько реально, что возникает уверенность, будто не один человек, а целая толпа за мной следит. Я чувствую их взгляды. Беспокойство стремительно перерастает в панику. — Что вам нужно? — кричу в пустоту. — Что вам нужно? Дыхание срывается. И эти резкие надсадные вздохи, как и все прочие природные звуки, вдруг на фоне всего происходящего кажутся угрожающими. Растущий страх побуждает меня броситься наутек. Нестись сломя голову, ведь пока я бегу, слышу, как за мной кто-то гонится. О Боже… О Боже… Белый день, огромная усадьба, сотни человек в обслуге, однако на моем пути ни одной живой души. Всем одновременно выходной бы не дали, но факт остается фактом: мне не к кому обратиться за помощью. Чувство времени искажается. Работа мозга и физическая координация нарушаются. Ужасом охвачен весь мой организм. Мышечная масса поражена тремором. Легкие распирает от боли. Горло горит. Во рту появляется вкус крови. Прежде чем достигаю своей комнаты, по меньшей мере трижды возникает ощущение, что сердце разорвется. Твоя Богиня:Ты преследовал меня? |