Книга Насильно отданная. Запретная любовь Шаха, страница 87 – Злата Зорич

— Аврора… — начал он.

Но я подняла руку, останавливая.

— Не думай, что это хоть что-то значит, — сказала я тихо. — Я не простила тебя. И не уверена, что когда-нибудь смогу. Ты всего лишь... всего лишь отец моего ребёнка. Не больше. И я не хочу, чтобы он рос без отца.

— Это уже… очень многое, — прошептал он. — Больше, гораздо больше, чем я имел право надеяться.

Я отвернулась, потому что в его голосе было слишком много боли, а моя собственная боль подступила слишком близко.

Впервые за долгое время — я не чувствовала к нему ненависти. Только страх. Страх потерять того, кого всё ещё не решалась назвать своим.

— Твои люди недовольны, — продолжила говорить я. — Они считают, что ты рушишь всё, что стояло десятилетиями. Что ты слаб из-за меня.

Он снова напрягся — так, что я почувствовала эту волну напряжения даже на расстоянии. На этот раз его глаза вспыхнули чем-то очень опасным. Там была ярость — не на меня, а на тех, кто посмел говорить за его спиной.

— Кто? — спросил он глухо.

— Не знаю. Я не видела их лиц, только силуэты. Просто знай: они пока ещё боятся тебя, но страх легко превращается в ненависть.

Он провёл рукой по лицу — медленно, с каким-то почти болезненным усталым жестом.

— Я знаю. Всё, что ты сказала, для меня не секрет. Но пока они слушаются — я должен успеть сделать то, что задумал. Я обещал себе разрушить проклятую империю старика.

Он замолчал. И в этой внезапно настигшей нас тишине я увидела его таким… одиноким.

И меня снова обожгло — не жалость, нет, — а какая-то сложная вакханалия чувств. Я ненавидела его. Но мысль о том, что кто-то может прервать его жизнь — вызывала ужас.

И я не знала, что с этим делать.

Я знала одно: опасность совсем рядом. Она дышала за дверью. Она наблюдала за нами.

Она ждала момента.

Рано утром Артур уехал. Я же, как обычно, вышла прогуляться во двор после завтрака — мне всё время казалось, что в комнате слишком мало воздуха. Ребёнок толкался внутри, требуя больше кислорода. Огромный дом был странно притихшим, как будто затаил дыхание в ожидании неизвестно чего.

Я хотела просто пройтись вдоль забора, не отходя далеко — как вдруг из-за угла вышли двое и направились прямо на меня. Тот самый безличный тип людей, которые мгновенно вызывают настороженность: широкие плечи, одинаково сжатые челюсти, взгляд, не задерживающийся ни на чём.

— Аврора, мы должны вас увезти отсюда. Немедленно, — сказал мне один из них.

Я остановилась. Внутри всё дрогнуло. Этот тон… он не был угрозой, но и заботой там не пахло.

— Зачем? — спросила я. — Шах об этом знает?

— Это его приказ, — быстро сказал второй. — Нужно вас увезти. Прямо сейчас.

— Куда?

— В безопасное место. Шах узнал о заговоре. И… — он запнулся, — он не хочет подвергать риску ни вас, ни ребёнка.

— Но почему он не сказал мне сам об этом?

— Ему некогда, — сухо ответил второй. — Он разбирается с людьми. Но велел передать, что вы должны довериться нам и немедленно уехать.

— Если он узнал о заговоре, — сказала я, медленно отступая на шаг, надеясь выиграть время, — почему он не прислал кого-то, кому я… хоть немного могла бы доверять? Почему не приехал сам? Это невозможно!

Они переглянулись — слишком быстро, слишком нервно.

И тогда я ясно поняла: они врут. В первые минуты, на волне паники, я еще могла бы поверить им. Но стоило немного пораскинуть мозгами, как всё стало слишком очевидно. Я не могу им доверять. Вокруг Шаха — одни враги.