Книга Семья для бывшего на Рождество, страница 12 – Рина Фиори

— Высокие отношения, – комментирует Ян, вальяжной походкой проходя в комнату.

Усаживается на кровать, широко расставив ноги, и упирается локтями в колени.

Сосредоточенно сверлит глазами пол.

— Вот и стоило оно того, замуж выходить за этого? – выплёвывает с оттенками ненависти в красивом голосе.

Вздыхаю в ответ.

А что я могу сказать?

— Ян, я благодарна тебе за то, что помогаешь, но это не твоё дело, – проговариваю дрожащим голосом.

Крепче обнимаю себя руками, и этот жест не укрывается от пристального взгляда Авдеева.

— Опять температуришь, что ли? – спрашивает скорее у себя, нежели у меня.

Поднимается, подходит и касается моего лба сначала ладонью, а потом вдруг прикасается губами, как ни в чём не бывало.

Отшатываюсь, словно током ударенная.

Что он позволяет себе?

— Ложись, я принесу градусник, – игнорируя мою реакцию на его прикосновения, хватает меня за плечи и подводит к кровати.

Без комментариев.

Авдеев уходит, а я принимаюсь прокручивать в голове события последних двух дней.

Ещё вчера утром мне и в голову не могло прийти, что я освобожусь от мужа. Тем более, таким ужасным образом.

Мы гостили у моих родителей, изображая настоящую семью, насколько это было возможно.

То есть, Ратмир изображал, конечно. Для него всегда было важно, что подумают люди, он вечно печётся о видимом. Фасад для него важнее отношений.

А я настояла на отдельных спальнях.

Муж помог родителям достроить дом, комнат полно, и под предлогом того, что Алёна в чужом доме не захочет спать одна, я легла вместе с ней, отдельно от мужа.

Ведь дома у Ратмира у меня и так своя спальня, разве это проблема?

Оказалось, да. Его самолюбие не выдержало позора перед моими родителями, наверное, поэтому он и выкинул нас в ночь.

— Давай, измерим температуру, – в комнату возвращается Ян.

Подходит ко мне и бесцеремонно засовывает мне подмышку градусник, как бы ненароком задевая под футболкой грудь.

— Ян… – задыхаясь от возмущения, не знаю, что сказать.

— Что? – в глазах наглый блеск.

— Ничего, – вспыхнув, отвожу взгляд.

Чуть позже мужчина приносит лекарство, я лежу до самого вечера, пока не становится чуть легче.

Баб Вера несколько раз приводит ко мне Алёночку, а я даже не знаю, как благодарить эту чудесную женщину за то, что возится с моей дочуркой.

— Янчик вещички заказал, чтобы крошку переодеть, – сообщает уже вечером. – Да ты не волнуйся, я сама справлюсь, двоих вырастила, да и с внуком нянчилась сколько.

А я о том, что она не справится, и не волнуюсь.

Я о родимом пятнышке на ягодичке у Алёночки волнуюсь.

Помню, у Яна такое же было, только чуть выше, на пояснице. Продолговатое, с коричневым оттенком.

И если бы его увидел Авдеев, я бы не паниковала. Мужчины таких мелочей порой не замечают, они на себе вечно сосредоточены.

Но женщины…

Бабушка Вера только кажется одуванчиком, но я уверена, если она что-то заподозрит, обязательно расскажет внуку.

— Я сама переодену! – подрываюсь, позабыв о самочувствии.

Глава 7

Ян

В целом, мой внедорожник в состоянии проехать по засыпанным снегом дорогам. И разумнее с моей стороны было бы отвезти Настю в город, как она и просила, и забыть про бывшую, как про страшный сон.

Она свой выбор сделала. К чему её держать?

Забыть – идеальный вариант.

Только не забывается ни хрена.