Книга Мой первый, или Ошибка прокурора, страница 140 – Юлия Бузакина

— Ой! — Я испуганно сглотнула. — Не думала даже… Все так стремительно у нас с ним.

— До двадцать третьего февраля три дня осталось. На маркетплейсах можно что-нибудь символическое заказать. Вы ведь не так долго встречаетесь, чтобы дорогие подарки делать.

— И то верно…

На продленке дети старательно выполняли домашку, а я зависала на маркетплейсах. Выбирала подарок сразу и Андрею, и брату. Артем тоже служил в армии, всегда ждал подарка от меня и от мамы, когда она была жива. Для него этот праздник был важен.

В итоге я нашла Андрею стильный мужской шарф, а Артему заказала набор для бритья. На шарф пришлось потратиться, но он мне очень понравился: из шелка, серо-голубой, под цвет глаз моего избранника.

Инна заглянула выпить чаю, подарок одобрила.

— Шикарный шарф, Настя. Под пальто ему пойдет. У него такое пальто стильное, я в пятницу заметила. М-м-м, мужчина хоть куда!

Я улыбнулась. Не верилось, что я выбираю подарок на двадцать третье февраля для мужчины. Не верилось, что у меня есть Андрей. Нет, не так: не верилось, что у меня есть прокурор и теперь меня боится вся школа.

Ближе к шести кабинет опустел. Я сидела за столом, проверяя контрольные работы, написанные учениками на отдельных листках. Посматривала на телефон, ждала звонка от Андрея.

Дверь приоткрылась, и я нехотя оторвала взгляд от бумажек.

На пороге в пальто нараспашку стоял Шувалов и улыбался.

— Андрей! Как тебя пропустили? — Вспыхнув, я торопливо поднялась из-за стола.

Он привлек меня к себе и нежно поцеловал в губы.

— Не знаю. Охранник сразу сказал, куда подняться, если я к тебе, и вот я здесь.

В его объятиях я светилась от счастья. Как же приятно вдыхать аромат его туалетной воды с примесью чего-то терпкого и чувствовать сильные руки возлюбленного!

— Значит, вот какой у тебя кабинет… — Андрей с интересом осматривался по сторонам. Подметил все: и вырезанного из картона ёжика в осенних листьях с грибами на спине, и портреты великих педагогов на стене справа, и неработающий светильник на потолке.

— Да! Все мое, — тихо, но с гордостью сообщила я. Своим кабинетом я гордилась. Сама его украшала, создавала приятную атмосферу для детей.

— Хорошо у тебя здесь. Уютно и светло.

— Я его сама оформляла. Мне так хотелось, чтобы мои ученики приходили в школу с радостью!

— И что, получилось?

Я улыбнулась.

— Конечно! Они ко мне на уроки бегут даже с температурой. Мамы жалуются, что нет никакой возможности их дома удержать, когда Анастасия Григорьевна в гимназии ждет.

— Удивительно! Редкое явление для нашего времени.

— Просто я люблю свою работу, только и всего. Хочешь, чай сделаю?

— Нет, спасибо. А можно, я доску вытру?

Я кивнула. Андрей с азартом подхватил перепачканную в меле губку и стер с доски сегодняшнюю дату и написанное справа домашнее задание для моих учеников.

— Как будто обратно в школу попал, честное слово! — обернувшись ко мне, заулыбался он. — Давайте, Анастасия Григорьевна, спросите у меня что-нибудь?

Он подхватил мел и с ожиданием застыл у доски.

Я хитро улыбнулась.

— Шувалов, напишите, сколько будет дважды два?

— Легко!

Андрей красивым почерком вывел цифры: два умножить на два равно четыре.

— Ого, как красиво ты пишешь! — изумилась я.

— Почерк мне от мамы достался, — кивнул он и стер губкой пример.