Книга (Не) родная мама. Она - мой смысл жизни, страница 95 – Виктория Вишневская

Маша вообще рыдала несколько дней подряд, боясь, что останется без папы.

Мой поступок, разумеется, не остался без последствий. Уже на следующий день нагрянула полиция.

Я был уверен, что Аверинцев написал на меня заявление, но, по какой-то причине, он этого не сделал. Полиция приехала по сигналу из больницы, куда увезли этого ублюдка после случившегося. Врать я не стал — честно признался, что этот козёл получил по заслугам. И по делу.

Менты удивились, услышав причину драки, но прямо сказали: ситуация не на моей стороне. У моей дочки ни царапины, только страх воды. Свидетелей, кроме Арины, нет. Людей было немного и их мало интересовал мяч.

Камер в зоне бассейна тоже нет. Мой отель рассчитан на богачей и иностранцев, которые хотят уединения.

А вот как я молотил Аверинцева от всей души, могут подтвердить многие гости.

Всё идёт против меня.

Жалею ли я о содеянном? Ни капли.

Максимум, о чём волновался — что после увиденного малышки будут меня бояться. Но Маша только сильнее прижималась ко мне, не желая отпускать ни на минуту. А теперь ещё и ходит, ревёт, твердя, что папу посадят.

Не объяснишь же ей, что юристы уже занимаются этим делом. В наших кругах есть один известный адвокат — с ним проигрыш почти невозможен. Нестеров умеет вытянуть всё в свою пользу, и я ему доверяю. С семьёй пока не прощаюсь, тем более заявления от Аверинцева всё ещё нет.

И это бесит ещё сильнее. Он же не умер там? Если нет, почему ни разу не дал о себе знать? Где угрозы? Где хоть что-то?

Затишье перед бурей, чёрт возьми.

— Прости, я переживаю, — тускло отзывается бывшая жена, не поднимая на меня взгляда. — Не стоило мне приезжать сюда. Если бы мы не приехали, у тебя бы теперь…

Я тянусь к этой неугомонной женщине, хватаю её за подбородок, прерывая поток её мыслей. Заставляю посмотреть на меня.

— Прекращай. Бесишь.

Она явно не ожидала от меня таких слов. Никогда в жизни я ей этого не говорил. Глаза у неё становятся круглыми, как пять копеек.

— Закроем тему. И ещё…

Я бросаю взгляд на наручные часы.

— Кажется, мой администратор сейчас опаздывает на работу.

— Чёрт, — вскакивает она, поправляя блузку и оставляя недопитый кофе. Почти машинально бросается к девочкам, целует каждую в макушку. Даже Машу, за которую так переживала. После того случая Арина всё время крутилась рядом, не сводя глаз с малышки. И ведь они не уехали — всё ещё живут у нас. Хотя бы этому я безумно рад. — Я побежала.

Арина спешит на работу, а я снова смотрю на часы. Мне тоже пора — иначе отель погрузится в хаос.

Оставляю девочек дома под присмотром водителя. Надо бы найти няню для таких случаев. Раньше с Машей сидела Лиза, либо она была со мной, но теперь этот вариант нам не подходит. Пусть пока Альберт помучается.

На улице царит шум и гам, воздух дрожит от гудков и голосов. Я совсем забыл, что сегодня должна прийти доставка для конного клуба. Давно я там не был… Надо бы выделить день и навестить Морковку — своего коня. Ну и имя ему Маша придумала… Из грозной Бури он превратился в Морковь. Даже врагу такого не пожелаешь.

— Август Викторович! — ко мне вприпрыжку подбегает охранник с пропускного пункта, запыхавшийся, с тревогой в глазах. — Вы просили сообщить, когда приедет Елизавета Андреевна, а вы не отвечали на звонок, и…