Книга За раскатами грома, страница 72 – Мария Горная

— Ника? — позвала я, войдя внутрь.

Голос прозвучал жалко. Слишком тихо для такого огромного мёртвого места.

Ответа не было. Я прошла по заросшей дорожке к главному входу. Стеклянные двери давно исчезли, остались только ржавые рамы. Под ногами хрустел мусор. На стене кто-то давно написал баллончиком: «ЗДЕСЬ НИКОГО НЕТ».

Очень хотелось верить.

Я вошла в холл.

Темнота внутри была не полной, но густой. Свет проникал сверху, через разбитые окна, ложился на пол пятнами. Справа виднелись кассы, слева — лестница на второй этаж. Прямо — двери в зрительный зал.

— Ника! — позвала я громче.

Тишина.

И потом — хлопок.

Я вздрогнула так сильно, что едва не вскрикнула. Хлопали не двери. Ладони. Медленно. Насмешливо.

— Всегда поражался, как быстро ты бегаешь на поводке чужой беды.

Я резко повернулась.

Саша стоял у лестницы, чуть выше меня, на третьей или четвёртой ступени. В тёмной куртке, с аккуратно уложенными волосами, будто собрался не в заброшенный кинотеатр, а на встречу, к которой долго готовился. Лицо спокойное. Даже довольное.

В руке он держал телефон. Никин.

Мне хватило одного взгляда на чехол с маленькой наклейкой в виде динозавра, которую наклеил Никита, чтобы внутри всё оборвалось.

— Где она? — спросила я.

Саша улыбнулся.

— Кто?

— Не играй со мной.

— Но ты же любишь игры, Маш. Особенно в спасательницу.

Я сделала шаг вперёд.

— Где Ника?

Он поднял телефон и помахал им.

— На работе, наверное. Или дома. Или уже бегает где-нибудь в панике, ищет свою игрушку. Честно говоря, не знаю. Я её не трогал.

Я замерла.

Сначала слова не дошли. Они будто ударились о сознание и не смогли пройти внутрь.

— Что?

— Не трогал, — повторил он с нарочитым терпением. — Не связывал. Не похищал. Даже пальцем не коснулся. Ну, почти. Пришлось немного задеть плечом, когда она выходила из аптеки. Но это не считается, правда?

Он посмотрел на телефон с таким видом, будто речь шла о забавной мелочи.

— Телефон сама плохо держала. Наша Ника вообще удивительно предсказуемая. Такая добрая, правильная овечка. Пароль, конечно же, день рождения Никиты. Ну кто бы сомневался? Слишком очевидно для такой овечки.

Меня затошнило. Не фигурально. По-настоящему.

Я прикрыла рот рукой, потому что на секунду показалось, что меня вывернет прямо здесь, на пыльный пол старого холла. Ники здесь нет. Никите ничего не угрожало.

Я сама приехала.

Сама.

Опять.

Саша смотрел на меня с удовольствием. Не скрывая. Он наслаждался каждым изменением на моём лице.

— Видишь? — мягко сказал он. — Даже заставлять не пришлось. Всего несколько сообщений, и ты уже здесь. Без Громова. Без мозгов.

Я подняла на него взгляд.

— Ты больной.

Он усмехнулся.

— Слабый аргумент. Ты врач, Маш. Могла бы точнее поставить диагноз.

— Я не психиатр.

— А жаль. Нам бы было о чём поговорить.

Я медленно отступила на шаг, стараясь не показывать, как сильно дрожат ноги.

— Я ухожу.

Саша чуть склонил голову.

— Нет.

Одно слово. Без крика, без угрозы. Но я остановилась.

Потому что в следующую секунду он достал пистолет.

Не резко. Не театрально. Просто показал, что разговор теперь проходит по его правилам.

— Ты ведь понимаешь, что я не для того столько готовился, чтобы ты развернулась в холле и ушла?

Я смотрела на оружие и пыталась заставить себя дышать.