Книга Принцип исключения, страница 85 – Алина Аркади

С трудом выискиваю место, чтобы припарковаться на противоположной стороне улицы, откуда можно рассматривать прибывающих гостей. Вереницы дорогих машин бесконечным потоком движутся по улице, высаживая пассажиров, которые сразу попадают в объективы камер. Гера не соврал – Звон заморочился по полной.

Достаю сигарету, зажимаю в зубах и чиркаю зажигалкой, чтобы в следующую секунду замереть в неудобной позе, потому что из остановившейся у входа машины вываливается Лёня под ручку с… Тасей. С моей Тасей. И не моей одновременно. Длинное красное платье, высокие каблуки и разукрашенное лицо – не её стиль. Словно маленькая девочка нашла косметику мамы и нарисовала новые черты, сделав себя лет на десять старше. А затем моё самообладание летит к херам, когда ублюдок пробегает пальцами по её рёбрам и прижимает к своему телу, позируя на камеры. Я хочу свернуть ему шею, и, возможно, лишь этот прекрасный звук успокоит мечущегося во мне разъярённого зверя, наблюдающего, как трогают то, что он считает своим.

Но самое удивительное, что Тася не сопротивляется, даря приветливые улыбки журналистам и даже, как мне кажется, с умилением смотрит на Звона-младшего. Какого, блядь, хрена? Она ведь прекрасно осведомлена об омерзительных предпочтениях сынули мэра и ещё недавно была напугана встречей с ним.

Так и не прикурив сигарету, открываю дверь, намереваясь выскочить из машины и ворваться сквозь толпу охраны в ресторан, но неожиданно на пассажирское сиденье кто-то опускается, а повернув голову, я дёргаюсь, увидев Парето. Без предупреждения Костя приехал спустя пятнадцать лет, не опасаясь разгуливает по улицам города, в котором найдётся около сотни тех, кто хочет отправить его на тот свет. Я много лет не видел его лично, поэтому шрам, пересекающий лицо, вызывает забытые эмоции скрытого ужаса, и я с любопытством вспоминаю то, что давно стёрлось из памяти.

Он молчит, растворяя кислород в салоне автомобиля, и ждёт, что заговорю первым. Но я не представляю, с чего начать, поэтому Островский прерывает молчание и произносит:

— Как моя дочь оказалась у Звонова? – Спокойный, безэмоциональный голос подобен взмаху лезвия, распарывающему меня надвое. И я мгновенно вспоминаю, какПарето умеет спрашивать.

— Неудачное стечение обстоятельств привело к…

— Обвинять в своих бедах обстоятельства и других людей – самый простой способ снять с себя ответственность и договориться с ворчливой совестью. Принять позицию жертвы и представить свой провал как результат воздействия непреодолимой силы. Можно жаловаться, ждать спасательного круга или счастливого случая, но настоящий мужчина не нуждается в жалости и тем более не станет прятаться от проблем – он их решит. – Каждое слово, будто удар хлыста по оголённой коже звенит недовольством Парето, и я понимаю, что ни хрена в нём не изменилось даже спустя столько лет. – Поэтому я задам вопрос ещё раз: как моя дочь оказалась у Звонова?

— Исполнил твой приказ и нашёл способ, как заставить Тасю покинуть город. Собирался отвезти её в аэропорт, встретив у Школы, но в этот момент люди мэра нарисовались. Получил две пули, закрыв её. Отвезла меня к Чайнику.

— И он помог?

— Помог. И доказательством является то, что я сейчас перед тобой.

— Интересно. – Костя устремляет взгляд на вход в ресторан, рассматривая незнакомые лица давно сменившейся элиты города. – Неужели я зря старался и Герман решил сколотить состояние, как его отец?