Книга Принцип исключения, страница 84 – Алина Аркади

Сегодня я могу встать и сползти по лестнице на первый этаж, чтобы нормально поесть, в очередной раз выслушать недовольство Чайника и просмотреть папку, переданную Парето. Спрятать её в вольере Самсона было шикарной идеей. Только полный отморозок решился бы зайти к кане-корсо, посчитав это чудовище милой собачкой, которую можно прикормить лакомством. Когда люди Звона выносили ворота, пёс почти выбил секцию в заграждении, не желая мириться с чужаками на своей территории.

— Островский не звонил? – интересуется Гера в третий раз за это утро, засовывая тарелку в микроволновку и через минуту выставляя передо мной.

— Нет.

— Есть новости об Островской.

— Что? – Мотор вмиг разгоняется до нереальной скорости, конечности немеют, а плечи содрогаются от агрессивных вздохов. – Говори!

Чайник осматривает меня с полуулыбкой на лице, упиваясь представлением, и молчит. Едва справляюсь с желанием придушить сукина сына, который испытывает моё терпение и намеренно укорачивает собственную жизнь. Но, сжалившись, достаёт телефон и кладёт передо мной.

— Читай.

— Сегодня в ресторане «Киото» состоится помолвка Леонида Звонова, младшего сына нашего достопочтенного мэра, и… – Перечитываю несколько раз, пока до меня не доходит смысл небольшой статьи, опубликованной на официальном портале города. – Это, блядь, шутка? – непонимающе пялюсь на Германа, ожидая опровержения каждого прочитанного слова.

— В лучших традициях Звоновых: с размахом, громко и помпезно. Больше сотни приглашённых, а это только помолвка. Свадьба прогремит на весь город. И даже область, – удовлетворённо заключает, смакуя каждое слово.

— Мне пора, – срываюсь, бегу на второй этаж, перепрыгивая через две ступеньки, напрочь забыв о какой-либо боли.

— Ярый, ты сумасшедший? – орёт Чайник с первого этажа, пока я роюсь в его шкафу, откидывая вещи и выбирая нужное. – Ты еле ползаешь! Тебе мало трёх дырок? Люди мэра добавят, вот только я уже не помогу, и ты сдохнешь, как собака где-нибудь в канаве!

— Значит, так тому и быть, – слетаю с лестницы, обронив комментарий в сторону Геры.

— Оставь её, – хватает меня за рукав одёргивая. – Это проблема Парето. Ты и так сделал для него бесконечно много, улаживая больше десяти лет дела и отстаивая его собственность. Пусть разбирается сам.

— Мне похер на его деньги и объекты. Мне нужна Тася, – цежу сквозь зубы, впервые признаваясь кому-то в том, что и сам не мог принять до недавнего времени.

— Он всё равно не позволит тебе быть с ней. Только не тебе. Ты никто. Мальчик на побегушках. Прислуга, удовлетворяющая запросы хозяина и не имеющая права голоса. – Каждое слово подобно ржавому гвоздю, который Гера с усилием проворачивает, наблюдая за моим искажающимся от бешенства лицом.

— Пусть так, но я сделаю всё, чтобы вытащить Тасю и отправить домой.

— Это неправильно. Ты совершаешь ошибку, – настаивает на своём, всё ещё удерживая меня за грудки.

— Иногда жизнь ставит нас в такие ситуации, когда поступить правильно – значит ошибиться. И то, что правильно для меня, станет фатальным для Таси. Рано или поздно я всё равно сдохну, так пусть моя жизнь будет отдана за нечто ценное.

Мои слова производят впечатление на Геру, и он разжимает пальцы, освобождая одежду и позволяя мне отступить в сторону. Снимаю с крючка его пальто, идеально подходящее по размеру, беру ключи от его машины, испепеляемый гневным взглядом, и ухожу, чтобы оказаться в нужном месте через час.